МУРАШКИ ПО СПИНЕ. Педагогический детектив для семейного просмотра (ироническая мелодрама)

МУРАШКИ ПО СПИНЕ

или

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ ЛИТЕРАТУРЫ В ШКОЛЕ

Людмила и Валерий Демины

Оригинальный киносценарий педагогического детектива для семейного просмотра

Пятый вариант — 2020 г.

(На сайте кроме данного варианта сценария представлен также его более ранний вариант, адаптированный для двухсерийного фильма в жанре мюзикла — «с музыкой, песнями и танцами»)

Аннотация

Жанр ироничен, намерения серьезны.

Выпускница пединститута Жанна мечтает увлечь своих учеников любовью к классике. Но те любят совсем иные сюжеты. По какой-то наводке они считают, что фантастическая история, изложенная в опусе «Мурашки по спине», описывает события, происходящие в их городе. Учительница решает войти в их мир, мир чудовищ, таинственных явлений, странных «лав стори». Это движение ее души парадоксальным образом открывает ребятам дверь в ее мир, и они обнаруживают, что классика может делаться для них живой и близкой.

ПРОЛОГ НА ФОНЕ НАЧАЛЬНЫХ ТИТРОВ

ЗАЛ. ЭКЗАМЕНАЦИОННАЯ КОМИССИЯ — ДЕНЬ.

Ритм тяжелых пальцев, порциями дроби отвешивающих глухие, недоброжелательные звуки. Вверх и вниз, вверх и вниз — прямо по названию книги «Методика преподавания литературы в школе». И в этом густеющем ритме члены ГЭК произносят короткие, как выстрелы, реплики.

ЧЛЕНЫ  КОМИССИИ:

— Программу, значит, в сторону?

— Очередная «реформа» в педагогике!

— ЕГЭ – по боку!

— Тесты – коту под хвост!

— Туда же все гаджеты!

— Информационное мракобесие!

— Вы понимаете, чем это пахнет?

— Новой ломкой целого поколения!

Лицо стоящей перед комиссией студентки ЖАННЫ запрокидывается с отчаянным выражением стоящей перед инквизицией Орлеанской девы.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (берет со стола документы, Жанне). Однако учитывая ваше заявление, что вы готовы поехать в самое захолустье, где катастрофически не хватает учителей, мы можем признать защиту вашего диплома с оценкой удовлетворительно… (Передает документы Жанне.) Тут срочный запрос из Пермского края, скоро конец учебного года, ЕГЭ там, экзамены, а дети остаются без литератора… Выехать надо немедленно! Итак, да или нет?

Жанна решительно подписывает какую-то бумагу, берет протянутый ей диплом и уже в дверях зала прощально машет членам комиссии рукой с победоносно зажатым в ней дипломом…

ПОЯВЛЯЕТСЯ НАЗВАНИЕ ФИЛЬМА.

КУПЕ ПОЕЗДА — ДЕНЬ.

Из окна вагона Жанна видит милые русские пейзажи…

В купе, на верхней полке, лежит мужчина, лица его не видно, оно заслонено книгой, которую он читает. На красочной суперобложке под изображением огромного динозавра, выныривающего из озера, крупными буквами выписано название книги: «МУРАШКИ ПО СПИНЕ».

Напротив Жанны сидит женщина. Она озабоченно поднимает голову к верхней полке, где лежит, уткнувшись в свой гаджет,  девочка лет тринадцати. Это ИРА ИЛЬИЧЕВА.

ЖЕНЩИНА (девочке). Ира, может, хватит?!

Девочка ничего не отвечает и поворачивается к ней спиной, лицом к стенке.

ЖЕНЩИНА (мужчине на полке). Федя, ну скажи ей!

МУЖЧИНА (отодвигая книгу от лица, грозно.) Ирина!

Девочка не реагирует.

ЖЕНЩИНА (Жанне, беспомощно). Ну, вот, посмотрите на нее… А ведь мы едем из Москвы от врача. У нее от этих гаджетах уже невроз, всего боится, завышенный порог тревожности.

ЖАННА (сочувственно). Понимаю. Между прочим, последние научные исследования говорят, что, если все время торчать в них, в этих гаджетах, определенная часть мозга, которая отвечает за творческие озарения, атрофируется, и человек превращается в дебила.

ЖЕНЩИНА. В дебила?!

Девочка тревожно прислушивается к разговору.

ЖАННА. Тут одно лекарство – книга, настоящая, бумажная — классика.  Я учительница, и знаю это!

ЖЕНЩИНА. А что я говорю?! Так она стала читать, а он у нее отнял! (С выражением смотрит на мужа.)

МУЖЧИНА (с верхней полки). Да, сейчас… Всего несколько страниц осталось!(Судорожно перелистывает страницы.)

ЖЕНЩИНА (Жанне). А что вы преподаете? И в какой школе, в каком классе?

ЖАННА. Литературу. Направили в школу номер семь. Но какой класс — пока не знаю.

ЖЕНЩИНА (радостно). Так это наша школа!

Девочка спрыгивает с полки и выходит в коридор.

КОРИДОР ВАГОНА.

ИРА, стоя у окна, быстро отпечатывает сообщение Тужилину:

«УЖАС-УЖАС! К НАМ ЕДЕТ ЛИТЕРАТОРША. ОНА НАС ДЕБИЛАМИ СЧИТАЕТ! МНЕ СТРАШНО!»

И тут же получает ответ:

«НЕ ДРЕЙФЬ, СТАРУХА! ДВУХ СПЛАВИЛИ, СПЛАВИМ И ЭТУ!».

КУПЕ ПОЕЗДА.

МУЖЧИНА (захлопывает книгу). Ну, и бред, страна деградирует!

КРЫША ШКОЛЫ г. ЭНСКА. ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ —  ВЕЧЕР.  

Обсерватория представляет собой небольшую низкую комнатушку под раздвигающимся прозрачным куполом. У телескопа трое подростков: САША ТУЖИЛИН, СЕРЕЖА ВОРОБЬЕВ и КОЛЯ АГЕЕВ. Телескоп направлен не в звездное небо, а куда-то в сторону и даже чуть вниз.

ТУЖИЛИН (шепотом, не отрываясь от окуляра). Дверь заперли?

Агеев, выглянув за дверь и не обнаружив никого,  закрывает дверь на ключ.

ВОРОБЬЕВ (Тужилину, взглянув на часы). Дядю Васю нашел?

ТУЖИЛИН (не отрываясь от окуляра). Уже ждет.

АГЕЕВ. Дай посмотреть!

Тужилин неохотно уступает окуляр Агееву…

ОТКРЫТАЯ ПЛАТФОРМА ВОКЗАЛА. ВИД ИЗ ТЕЛЕСКОПА — ВЕЧЕР.

Последние мгновения перед остановкой прибывающего поезда.

На платформе к дверям вагона бодрой походкой подходит пожилой мужчина.

ГОЛОС АГЕЕВА. А чего это дядя Вася без цветов, всегда с цветами встречал!

ГОЛОС ТУЖИЛИНА (торжествуя). Надоело с  цветами. Какой смысл: встречать с цветами, а через месяц провожать!  

ГОЛОС АГЕЕВА (весело). Под звуки траурного марша!… Вот она!

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА. Дай посмотреть! 

В дверях остановившегося вагона появляется Жанна с чемоданом на колесиках и с рюкзаком за плечами. Дядя Вася помогает ей выйти из вагона.

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА. Малолетка какая-то! Обнять и заплакать!

ГОЛОС АГЕЕВ. Однако за дебилов нас держит! Чую, крепкий орешек…

ГОЛОС ТУЖИЛИНА. Это мы еще посмотрим, какой орешек!

Дядя Вася снимает рюкзак с плеч Жанны, отбирает у нее чемодан и ведет ее на привокзальную площадь. Их фигуры исчезают за ларьками и автобусами.

Из вагона выходят соседи Жанны по купе – семейство Ильичевых с дочкой….

ГОЛОС АГЕЕВА. О, Ирка! С приездом!

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ — ВЕЧЕР.  (Продолжение сцены.)

ТУЖИЛИН (отходит от телескопа). План «А» у нас есть, сейчас мы должны обдумать  план «Б».

АГЕЕВ (плюхается в кресло). И план « Ц»!

Тужилин и Воробьев озадаченно смотрят на Агеева. Тот со значительным видом, поочередно кладя ногу на ногу, легким нажатием невидимой кнопочки включает иллюминацию своих светящихся кроссовок…

УЛИЦЫ ГОРОДА ЭНСКА — ВЕЧЕР.

Видавший виды «Москвич» неторопливо едет по зеленым уютным улочкам.

За рулем ДЯДЯ ВАСЯ, рядом Жанна.

Мимо проезжает старый автобус с экскурсантами, украшенный линялыми кадрами из фильма «Сталкер». И слоганом: «Ощутите ауру аномальной зоны!»

САЛОН «москвича» В ДВИЖЕНИИ – вечер.

ДЯДЯ ВАСЯ. Таких городов, Жанна Карповна, в мире больше нет! Рекорд по количеству чудаков и лузеров. А всё почему? (Кивает в сторону торчащего за лесом полуразрушенного сооружения.) Ракетодром! Сколько всякого энтузиазма зарыто там!  Общее дело, общая цель… Всё было, да сплыло, да смыло волной! Остались только гости из космоса.

ЖАННА.  Гости из космоса?… Как интересно! Расскажите.

ДЯДЯ ВАСЯ.  Все засекречено! Подписку давал.

ЖАННА.  Обидно!.. А в школе вы кем работаете?

ДЯДЯ ВАСЯ. Дядей Васей! Фигаро здесь, Фигаро там! И шофер, и столяр, и уроки технологии… Видите, наша школа… Специально сюда завернул. Чтобы завра не искали. На крыше сооружение – вам для ориентира… Издали видно.

Он кивает головой на виднеющееся в окне машины здание с нелепо торчащей на крыше круглой пристройкой.

ДЯДЯ ВАСЯ (продолжает). НИИ закрыли, а мы подсуетились, и на его базе обзавелись собственной обсерваторией. Веду по ночам кружок астрономии… Ребята балдеют… Так что,  есть и плюсы в нашем полураспаде!

Они подъезжают к цветочному магазину с шикарно оформленными витринами. «Москвич» останавливается.

УЛИЦА У ЦВЕТОЧНОГО МАГАЗИНА – ВЕЧЕР.

ДЯДЯ ВАСЯ.  Директор приказал встретить тебя цветами. Но я опаздывал, выбери сама, что любишь.

ЖАННА.  Да не надо, спасибо!

ДЯДЯ ВАСЯ.  У нас всё строго, приказ есть приказ. Наверное, следующую, когда ты от нас сбежишь, уже с оркестром встречать придется! (Ведет к магазину.)

ЖАННА. А что, многие сбегают?

ДЯДЯ ВАСЯ. Ой, не спрашивай! Ребята пошли трудные. Какое-то непонятное поколение… (Открывает перед ней дверь магазина.) Здесь хозяйка художница, поэтому у нее так… (Кивает на витрину.) Она немая. Говорят, раньше она говорила, но у нее случилась какая-то несчастная любовь…

ЦВЕТОЧНЫЙ МАГАЗИН. ИНТЕРЬЕР – ВЕЧЕР.

Они входят в большой салон, заставленный композициями из изысканных редких цветов.

Им навстречу поднимается молодая женщина, загадочная восточная красавица. Это ПОЛИНА. Она бросает на Жанну внимательный оценивающий взгляд, потом ведет покупателей к цветам…

САЛОН «МОСКВИЧА» В ДВИЖЕНИИ – вечер.

ЖАННА (в руках у нее цветы).  Дядя Вася, а что там была за несчастная любовь? Что говорят?

ДЯДЯ ВАСЯ.  Да по-разному все говорят. Их было двое, ухажеров-то…

Дядя Вася резко тормозит машину – два парня на переходе.

ДЯДЯ ВАСЯ.  Один – изобретатель, но бедный, а другой богатый, но негодяй. И  вдруг  этот бедный таинственно исчезает…

ЖАННА.  Его  богатый убил?

ДЯДЯ ВАСЯ.  Сериалов насмотрелась?.. Неизвестно. Потому что он время от времени появляется.

ЖАННА.  Как появляется? Вы же сказали, что он исчез?

ДЯДЯ ВАСЯ.  Появляется — как привидение!

ЖАННА.  Вы сами-то в это верите?

ДЯДЯ ВАСЯ.  Конечно, не верю. Но ты спросила: «Что говорят?». Вот это и говорят.

ЖАННА. А богатый?

ДЯДЯ ВАСЯ. Он подарил ей тот самый цветочный магазин. И она почему-то не отказалась… Мутная история!

Машина останавливается у небольшого домика с уютным палисадником.

ДЯДЯ ВАСЯ.  А вот здесь ты будешь жить.

Они выходят из машины, дядя Вася выгружает вещи.

УЛИЦА И ПАЛИСАДНИК У ДОМА ТЕТИ ВАРИ – ВЕЧЕР.

Им навстречу по песчаной дорожке, приветливо улыбаясь, идет симпатичная пожилая женщина, это ТЕТЯ ВАРЯ.

ДЯДЯ ВАСЯ (кивая в ее сторону). Твоя хозяйка. Очень продвинутая женщина.  В семьдесят  освоила компьютер… (Женщине). Принимай дорогую гостью! (Жанне.)  Это тетя Варя, она работала в столовой поварихой, откормит тебя так, что в дверь класса не пролезешь!

ЖАННА.  Какие вы все время ужастики рассказываете!

ГОЛОС ДЯДИ ВАСИ. То ли еще будет, ой-ё-ёй! Миссия моя завершена, исчезаю по-английски, не заметите!

Жанна оглядывается. И правда — ни дяди Васи, ни машины…

КОМНАТА ЖАННЫ – ВЕЧЕР.

Хозяйка открывает дверь комнаты перед квартиранткой. Комната светлая, чистая. Большое окно выходит в сад.

ТЕТЯ ВАРЯ.  А я для тебя тоже цветов в своем садике нарвала. (Указывает Жанне на букет, стоящий на подоконнике.)

ЖАННА.  Какой чудесный букет! (Вносит свои вещи, устало садится в кресло.)

В комнату осторожно входит пушистая серая кошка.

ТЕТЯ ВАРЯ.  Знакомься, это моя Муся.

ЖАННА (кошке). Очень приятно! А я Жанна.

Кошка в знак признательности трется у ее ног.

ТЕТЯ ВАРЯ.  Ты устала, давай я сама… (Берет у Жанны букет, подаренный дядей Васей, и выходит.)

…Когда тетя Варя возвращается в комнату с цветами — они уже в вазе с водой — она видит Жанну, уснувшую прямо в кресле. Тетя Варя ставит вазу на письменный стол, накрывает ноги Жанны пледом и осторожно выходит.

Кошка из темного угла пристально смотрит на новую квартирантку…

КОМНАТА ЖАННЫ. КОРИДОР – НОЧЬ.

Сквозь окно видна слепящая белым светом круглая луна. Жанна спит и во сне видит себя школьницей, сладко спящей на лугу среди груды книг.

И вдруг тишину нарушает отдаленный, но жутковатый звук – как будто кто-то, огромный и страшный, судорожно втягивает в себя воздух, а потом с шумом выдыхает его.

Жанна в кресле вздрагивает и просыпается. В испуге оглядывается, вскакивает и подходит к окну.

По песчаной дорожке, освещенной лунным светом, от двери дома к калитке движется какая-то фигура, закутанная во все белое и похожая на привидение.

Жанна бежит по слабоосвещенному коридору дома и выбегает на крыльцо…

ПАЛИСАДНИК. ВИД ИЗ БИНОКЛЯ – НОЧЬ.

На крыльце  — хрупкая фигурка Жанны… Прячется в тень, чтобы ее не увидели, снова появляется, испуганно мечется туда-сюда, не зная, что предпринять.

КУСТЫ ЖАСМИНА ПОД ОКНОМ. (Продолжение сцены.)

Агеев из-за кустов  наблюдает за Жанной в бинокль…

ВИД ИЗ БИНОКЛЯ: ПАЛИСАДНИК ДОМА ТЕТИ ВАРИ – НОЧЬ.

Фигура у калитки, похожая на приведение,  поворачивается к Жанне, и видно, что это тетя Варя, одетая в длинную белую ночную рубашку. Тетя Варя  машет Жанне рукой, как бы успокаивая ее, быстро подходит к ней  и уводит  в дом.

КУХНЯ – НОЧЬ.

Тетя Варя включает свет на кухне и впускает Жанну.

ТЕТЯ ВАРЯ. Испугалась, да?  Давай чайку с оладушками. Ты же не ужинала. Для тебя пекла.

Тетя Варя ставит на стол тарелку с оладьями и усаживает Жанну.

ЖАННА.  Что это было? Какой-то ужас!

ТЕТЯ ВАРЯ. На ракетодроме, небось… Это редко…

ЖАННА (иронично). Гости из космоса?

ТЕТЯ ВАРЯ.  Из преисподней… (Спохватывается.) Да ты кушай…

ЖАННА. Вы что-то скрываете от меня. Но учтите, я как Агата Кристи – всё примечаю и всё анализирую! Я взяла на вооружение ее метод: познавать тайны жизни через расследование!

ТЕТЯ ВАРЯ. Кушай, кушай, Агата Кристи! Я люблю тех, кто хорошо ест… А ты случайно политикой не интересуешься?

ЖАННА. Да нет пока.

ТЕТЯ ВАРЯ. Жалко. Так хочется душу открыть…

ЖАННА. Так открывайте!

ТЕТЯ ВАРЯ. Можно?.. Вот когда мы учились, ну, при Советском Союзе, нам внушали, что партия – это ум, честь и совесть – я ведь верила, пионерка-то!  Были исключения, конечно… «Берия, Берия – вышел из доверия!» А вот сейчас для меня лично – все вышли из доверия и, как жить, я не знаю… Кому доверять?

ЖАННА (подходит к открытому окну, смотрит в темный сад за окном). Вы меня озадачили, тетя Варя. Но я подумаю – и, может быть, потом отвечу… 

Она вдыхает ночной аромат и вдруг слышит какой-то шорох в кустах жасмина под окном и видит странные огоньки у самой земли, которые быстро удаляются в темноту, Вдруг неожиданно подскочив в глубине палисадника, исчезают.

Словно и не было ничего…

Только листья тревожно шелестят от внезапных порывов ветра.

КОМНАТА ЖАННЫ – НОЧЬ.

Жанна входит в комнату с комплектом чистого белья. Включает свет и замирает.

Букет, который она выбрала себе в цветочном магазине, стоит увядший, а весь стол усыпан опавшими лепестками.

Она невольно переводит взгляд на подоконник.

Тюльпаны тети Вари стоят, словно торжествуя, в своей прежней красоте…

КОМНАТА ТЕТИ ВАРИ – НОЧЬ.

Тетя Варя, лежа в постели, смотрит на пристроенный у нее на груди экран ноутбука… Там толпу протестующих укрощают водометные машины…

УЛИЦА И ПАЛИСАДНИК У ДОМА ТЕТИ ВАРИ – СОЛНЕЧНЫЙ ДЕНЬ.

Открывается калитка. Выходит Жанна. Находит взглядом вдали за частными домами крышу с нелепой пристройкой школьной обсерватории на ней. Что-то блеснуло в щели за куполом. Жанна  улыбается и идет по улице на теперь важный в ее жизни ориентир…

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ. ИНТЕРЬЕР – ДЕНЬ.

Тужилин и Воробьев стоят у телескопа и ждут своей очереди смотреть в него.

АГЕЕВ (глядя в окуляр). О, нашел, идет! Бодренько!

ВОРОБЬЕВ. Дай посмотреть!

АГЕЕВ. Подожди ты!

ВОРОБЬЕВ. Ну, хватит тебе…. дай, посмотрю!

ТУЖИЛИН (злым шепотом). Да тише вы орать! Засекут. Останемся без наружки.

ВОРОБЬЕВ (оттеснив Агеева от окуляра, смотрит). Чего-то остановилась…

ТУЖИЛИН. Дай глянуть.

УЛИЦА. ВИД ИЗ ТЕЛЕСКОПА. ( Продолжение сцены.)

Жанна стоит на тротуаре и с ужасом смотрит куда-то в сторону, а куда непонятно – угол стены и деревья скрывают от ребят то, что именно вызывает у нее такую реакцию. Мимо нее проходят какие-то мужики в рабочих робах, несут вместе большой ящик, с которым и скрываются за углом дома.

УЛИЦА ГЛАЗАМИ ЖАННЫ. (Продолжение сцены.)

Теперь мы видим то, чего не видят ребята.

За углом дома стоит мусороуборочная машина с огромным открытым сзади ковшом, рабочие высыпают из ящика принесенный ими груз – это чей-то домашний архив: сыплются письма, альбомы, фотографии и — книги: целый книгопад!

С другой стороны машины за этим книгопадом наблюдает странного вида бородатый субъект в черных очках и с пустым рюкзаком на плече. Таких сегодня называют «хипстеры». Когда к его ногам с горки книг скатываются нексколько экземпляров, он наклоняется над ними, начинает перебирать их и некоторые складывать в свой рюкзак. Жанна его не видит.

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ. (Продолжение сцены.)

ТУЖИЛИН (глядя в окуляр). Пошла!.. Персона нон грата!.. Всё, кранты, уходит в нерезкость,  это же телескоп! (Отрывается от окуляра.) Наружка снимается…

АГЕЕВ. Почему снимается? А это? (Вытаскивает из рюкзака бинокль.) Забыли?! Что бы вы делали без моего плана «Ц»?! Наружка продолжается! (Выбегает из комнаты.)

РЕКРЕАЦИЯ В ШКОЛЕ – ДЕНЬ.

Занятия уже закончились, только из дверей одного класса выходят две девочки с ведром и шваброй, видимо, дежурные, да с лестничного пролета свешивается Агеев, наблюдая в бинокль за идущими в отдалении по коридору завучем и Жанной.

ЗАВУЧ. Как вам наш ремонт?

ЖАННА. Классный!

ЗАВУЧ. Это все наш директор. Он недавно у нас, всего год, математику ведет. Бывший конструктор, из этих засекреченных, военных. Не педагог, конечно, но зато ремонт, и дисциплина железная…

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ. (Продолжение сцены.)

В комнату вбегает возбужденный Агеев.

АГЕЕВ. Они идут по коридору к кабинету литературы! Сейчас войдут!

ВОРОБЬЕВ. Здорово! Это даже отсюда будет видно! Развернемся…

Он снимает с шеи Агеева бинокль, открывает окно обсерватории и, высунувшись в него, наводит бинокль на окна кабинета, расположенного в торцевой части здания…

РЕКРЕАЦИЯ В ШКОЛЕ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Завуч и Жанна останавливается у дверей с табличкой «Кабинет литературы» и завуч ключом на большой связке открывает ее.

ЗАВУЧ. Вот место ваших подвигов…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ.

Женщины входят в большую классную комнату со стенами, увешанными портретами классиков литературы.

ЗАВУЧ. А это свидетели ваших будущих побед и поражений!

Жанна оглядывается.

Великие писатели и поэты смотрят на нее выжидающе и тревожно.

Ее взгляд останавливается на шкафе со стеклянными дверцами, сквозь которые видны ряды одинаковых книг: Алекс Боган «МУРАШКИ ПО СПИНЕ. Том 1».

ЗАВУЧ (ловит ее взгляд). А это — свидетели нашего поражения… Жуткая мура, которой зачитываются ваши ученики… Причем — на уроках,  так что директор распорядился — отобрать всё и сжечь!.. Я отстояла.

ЖАННА. Прям Фамусов! «Забрать да сжечь!» Книги сжигать нельзя.

ЗАВУЧ. Конечно, кто-то снял бы и на ютуб! Нам скандал, а этой муре реклама. (Идет мимо парт.) От классики – вянут, а тут вдруг… Как мухи на мед! Почему, неизвестно.  Вообще, психоз с этими «Мурашками»! Учителя говорят: эксперимент какой-то, какие-то пси-волны, вой по ночам… А тут еще реклама по городу: второй том вот-вот привезут. Так что, готовьтесь к проблемам…

ЖАННА. И что, мне тоже их отбирать и прятать здесь?

ЗАВУЧ. А что делать? Всем объявила: «Книги вернём родителям, пусть приходят и забирают, заодно узнают, чем дети их дышат». Так не идёт же никто!

Жанна в смятении поворачивается к шкафу.

ЗАВУЧ. Вот вам ключи и от кабинета, и от шкафа. (Отдает ключи.) А я пойду. Дел невпроворот! (Останавливается.) Если на уроках пойдет что-то не так,  звоните мне по мобильному, не стесняйтесь!

Жанна, озадаченная, остается в кабинете одна…

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ – ДЕНЬ.  (Продолжение сцены.)

За Жанной следит в бинокль Воробьев.

ВОРОБЬЕВ. Осталась одна! Не уходит!

Тужилин отбирает у него бинокль, а Агеев пристраивается рядом и одним глазом тоже норовит заглянуть в бинокль. Вдвоем ведут репортаж для Воробьева.

ТУЖИЛИН. Стоит, понуро опустив голову.

АГЕЕВ. Стоит у шкафа…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ. ВИД ИЗ БИНОКЛЯ – ДЕНЬ.(Продолжение сцены.)

Жанна задумчиво смотрит на книги за стеклом шкафа…

ГОЛОС ТУЖИЛИНА. Глазеет на наши «Мурашки»!

ГОЛОС АГЕЕВА. Что-то слишком долго.

ГОЛОС ТУЖИНИНА. Не нравится мне это!

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА. Наверное, что-то придумывает.

ГОЛОС АГЕЕВА. Чует мое сердце – не  к добру это!

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ – ДЕНЬ.  (Продолжение сцены.)

ТУЖИЛИН (оторвавшись от бинокля). Ничего, я думаю, план «А» сработает.

ВОРОБЬЕВ. А может, не надо никаких планов, а?

ТУЖИЛИН. Ага, опять будет нам впаривать, что Пушкин это «наше все»?! А «наше все» — это цифра!

ВОРОБЬЕВ. Экзамены ведь мы будем сдавать, а не она!

ТУЖИЛИН (помолчав). Хватит ныть! Мы еще посмотрим, кто кого!

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Жанна стоит против шкафа, видит свое отражение в стекле и книги за ним. Лицо ее выражает все большую решимость.

ЖАННА (своему отражению). Ну, что же… Еще посмотрим, кто кого…

ДОМ КНИГИ. ИНТЕРЬЕР – ДЕНЬ.

Жанна решительно подходит к прилавку у витрины фантастики. ПРОДАВЕЦ странного вида в темных очках, тот самый человек, который вылавливал книги из «книгопада».

Рядом на прилавке спит большой черный кот.

ЖАННА. Здравствуйте. У вас есть «Мурашки по спине», второй том?

ПРОДАВЕЦ (оживившись). О, вы читали первый! Увлекло, да?

ЖАННА. Я преподаватель литературы, и меня вся эта поп-культура интересует в чисто профилактических целях: как уберечь от нее моих учеников?

На слова Жанны с неподдельным интересом оглядывается молодой человек, в очках, одетый с каким-то европейским шармом, перебирающий книги в отделе «Наука и техника».  Впрочем, Жанна его не видит. 

Нырнув под прилавок, продавец достает довольно объемистый том. Протягивает ей.

ПРОДАВЕЦ. Только для вас! Последний экземпляр, и то из букинистических. Автор — чрезвычайно загадочная фигура. В интернете о нем ни слова. И его книги там нет. Подозреваю, что этот Алекс Боган – женщина. Нынче многие женщины подписываются мужскими именами.

ЖАННА. А я слышала – наоборот: мужчины берут женские псевдонимы. Покупают больше.

ПРОДАВЕЦ. О tempora! O mores!

Жанна рассматривает потрепанную суперобложку: на ней изображено какое-то выныривающее из воды омерзительное трехголовое чудовище. Кладет книгу на прилавок.

ЖАННА. Одну мне не надо! Мне нужны были все! Я хотела выкупить всю партию этих книг.

Интерес молодого человека, издали наблюдающего за этой сценой, явно возрастает. Он даже снимает очки и подходит ближе к прилавку.

ПРОДАВЕЦ. Опоздали! Ровно на час! Конкуренты вас опередили! Всё подчистую ушло! Увы, маленький ваш бизнес не состоится!

ЖАННА. Какой бизнес?! Я что, продавать их собиралась? Просто не хотела, чтобы в руки моих учеников попало это безобразие! Кстати, «конкуренты» — кто это?

ПРОДАВЕЦ. Догадайтесь, раз опередить их хотели.

ЖАННА (упавшим голосом). Догадываюсь…

ПРОДАВЕЦ (Жанне). А что, молодцы ребятки! Похоже, поколение next уже жаждет реванша бумажной книги! (Кивает в сторону большого окна, выходящего на бульвар.) Видите, что я там устроил? Почти буккроссинг. Вы, конечно, знаете, что это такое.  Всего неделю, как открыл, а уже такой успех!

За окном видно, что на бульваре, прямо под деревьями, установлен открытый стеллаж с книгами, на котором надпись крупно: «НАДО — ВОЗЬМИ. НЕ НАДО — ПРИНЕСИ» Около шкафа стоят прохожие и среди них дети.

ЖАННА (оглянувшись). Весьма похвально. А это… (отодвигает «Мурашки» от себя подальше) не книга, а макулатура! Есть что-нибудь по методике преподавания?

ПРОДАВЕЦ (наклоняется к ней и говорит шепотом). Не судите по обложке, это не какое-то там фэнтези, «Гарри Поттер», Кинг… Это замаскированный нон-фикшен! Там про жизнь нашего города! Даже про меня есть. Пожалуйста… (Находит место в книге и читает.) «Продавец книг, человек многозначительный, в темных очках, с хитрой улыбкой, рядом на прилавке почему-то всегда сидит черный кот…»

ЖАННА. Развлекаетесь? Чтобы завлечь покупателей? Просто вы прочитали, увидели слово «продавец книг», надели темные очки, приобрели черного кота…  

Молодой человек, едва скрывая улыбку, продолжает прислушиваться к спорящим.

ПРОДАВЕЦ. Да мы с Котофеем здесь уже 10 лет! Спросите любого покупателя. (Кивает в сторону мужчины у стеллажа.) Меня здесь все знают.

ЖАННА. Значит, случайное совпадение!

ПРОДАВЕЦ. И вой с озера тоже совпадение? Слышали?… Он здесь описан!

ЖАННА (после паузы).  Мало ли кто может выть в лесу?!

ПРОДАВЕЦ. По расписанию? Раз в неделю, в ночь под воскресенье?

ЖАННА. До свиданья! Всего хорошего…

ПРОДАВЕЦ. Ладно. Пойду-ка, пополню репертуар. (Поднимает на прилавок рюкзак, набитый книгами, засовывает в него букинистический экземпляр «Мурашек».) Посторожи, Котофей! (Направляется с рюкзаком к выходу. Оглядывается на Жанну.) До свиданья, милая, и учтите, в жизни ничего случайного не случается! (Выходит.)

Жанна тоже идет мимо книжных стеллажей к выходу. Проходит мимо стеллажа, где стоит молодой человек.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (Жанне). Извините, я слышал, вы хотели что-нибудь по методике преподавания? «Классика не стареет». Звучит?

Он протягивает ей книгу. Она ее берет, и это мгновенье — из тех, от которых по спине у зрителей должны пробегать  мурашки по спине.

ЖАННА (после паузы). Это как раз то, что мне нужно!

ДОРОГА К ГОРОДСКОМУ ПАРКУ – ДЕНЬ.

Молодые люди идут по дорожке городского парка.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Меня зовут Слава. А вы, значит, Жанна. Вам очень идет это имя. На нее похожи, на Жанну Д’Арк. Отвагой. Словно ничего не боитесь!

ЖАННА. Боюсь! Еще как!… Учеников своих. Завтра у меня первый урок. До меня, оказывается, от них уже сбежали  две литераторши – стресс жуткий!

СЛАВА. Вы справитесь, я уверен…

ЖАННА. Вы говорите, как в кино американском: у героини из перерезанного горла кровь хлещет, а ей твердят: «всё будет о’кей!»

СЛАВА. Ну да, по-американски! Я ведь в Америке  почти три года пробыл. Набрался и плохого, и хорошего. Хорошего – по работе. Я конструктор. Вернулся с идеями, мощными! Но тут не идеи нужны, а связи и хватка.

Дорожка парка выводит их к колесу обозрения.

СЛАВА (продолжает). Приходится вертеться, заниматься иногда черти чем. У меня тоже жуткий стресс – ни минуты свободной. Сегодня вот… случайно…

Они садятся на скамейку и созерцают крутящееся колесо.

ЖАННА. Почему же тогда вернулись сюда?

СЛАВА. А вы поверите, если скажу правду?

ЖАННА. Если скажете правду, поверю.

СЛАВА. Из патриотизма. Гимн очень нравится.

Жанна смеется… Они смотрят на колесо обозрения.

СЛАВА. Хотите покататься на этом подозрительно  хлипком сооружении?

ЖАННА. Допустим, хочу!

ПАРК. КОЛЕСО ОБОЗРЕНИЯ – РАННИЙ ВЕЧЕР.

Они сидят на скамеечке в кабинке колеса обовзрения, внизу, под ними, виднеется заросший старыми деревьями неухоженный парк, большое озеро посреди него и весь их город.

ЖАННА.  С этой высоты ваш городок кажется игрушечным. Как в той сказке про Незнайку. В детстве я обожала сказки.

СЛАВА. А я и сейчас их люблю. Скажу — опять не поверите. Читаю перед сном регулярно.

ЖАННА. Поверю, кто же их не любит?

СЛАВА. Есть и такие, не встречали?… А какая сказка вам больше всего нравилась?

ЖАННА. «Русалочка» Андерсена.

СЛАВА. Так ведь грустная сказка. С плохим концом. Чем же она вам нравилась?

ЖАННА. Не знаю, просто красивая… Русалочка превращает свой хвост в ножки, и ей ходить так больно, как будто она ходит по лезвию бритвы, но ради любви она готова и на это.

СЛАВА. А вы… тоже готовы на что-то такое… ради любви?

ЖАННА. О, что вы! Нет! Может, потому и люблю эту сказку, что на такие подвиги не способна.

СЛАВА. Знаете, из-за чего еще я вернулся? Потому что чувствовал, что таких, как вы, там я не встречу.

ЖАННА. Не обольщайтесь, я такая, как все.

Колесо обозрения останавливается. Они выходят из кабинки.

ЖАННА (взглянув на часы). Ой, мне надо идти домой – готовиться к первому в моей жизни уроку… Скорее, к бою, а не к уроку. До свидания, я побегу!

СЛАВА. А мы еще встретимся?

ЖАННА. Легко!

СЛАВА. В субботу, в шесть, сможете? У этого американского изобретения — чертова колеса… Знаете, почему его так назвали? 19 век. Механики не успевали к сроку, условия труда жуткие, день и ночь в колесе — надоело до чертиков…

ЖАННА. «Чертово колесо»!? Что-то в этом есть, и правда, демоническое… С вами, Слава, интересно, но мне надо бежать.

СЛАВА. Я провожу вас.

У ворот парка со своими букетами расположилась уже знакомая нам цветочница Полина. Жанна невольно оглядывается на нее и замечает, что та следит за ними внимательным и тревожным взглядом.

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – УТРО.

У приоткрытых дверей новую учительницу караулит Саша Тужилин, признанный  интеллектуальный лидер класса.

ТУЖИЛИН (захлопывая дверь). Идет! Все по местам! Действуем по плану «А»!

Ребята мгновенно рассаживаются за парты и, демонстративно прикрыв глаза руками, углубляются в чтение книги, держа ее каждый на своих коленях под партой.  Это те самые «Мурашки по спине», том второй, который хотела скупить у продавца книг Жанна.

Только четверка отъявленных хулиганов, по общей кличке СУПЕРЫ (из них главный – СЕРЖ) в этом шоу не участвуют, они, сидя за сдвинутыми партами – смотрят на планшете футбол.

В класс, изображая решимость и спокойствие, входит Жанна и подходит к столу. Раскладывает на столе книги и конспекты.

ЖАННА. Здравствуйте, ребята, я ваша новая учительница литературы…

Класс не реагирует. Класс ее как бы не замечает.

ЖАННА. Меня зовут Жанна Карповна…

Никто не поднимает головы.

ЖАННА. Ребята, первый урок я хочу начать с рассказа о тайне творчества…

Никто не поднял даже головы от своей книги.

ЖАННА. А потом мы с вами устроим диспут на эту тему…

Никто  не шелохнулся.

Портреты великих молча свидетельствовали ее явное поражение.

Она в отчаянии поворачивается  и быстро выходит из класса.

КОРИДОР ШКОЛЫ – ДЕНЬ.

Жанна подходит к окну,  по щекам ее текут слезы.

ГОЛОС ТУЖИЛИНА (за дверьми). План «Б»!

Из класса доносятся крики и смех. Звуки беготни.

Она достает из кармана своего пиджачка мобильный и какое-то время смотрит на него. Беспомощно оглядывается и вдруг видит рядом дядю Васю.

ДЯДЯ ВАСЯ. Вот, дочка, где настоящий ужастик! А ты говорила! Ну, что — теперь план «В»: чемодан-Вокзал-столица?

ЖАННА.  Ни за что!

Прячет мобильный в карман и идет к кабинету, решительно открывает дверь.

ГОЛОС ТУЖИЛИНА (за дверьми). План «А»!

ОЗЕРО. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО – НОЧЬ.

Раздирая кусты, мчится между стволов черная тень человека. Человек одет в блестящий костюм, напоминающий костюм аквалангиста. Вот он вбегает по пояс в лесное озеро и издает странный и страшный звук.

Колышутся воды озера, и в лунном свете становятся видны очертания головы, похожей на черепашью,  и корпус огромного животного: динозавр! Он издает тот же страшный и странный звук, только многократно усиленный…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ.

Глаза Коли Агеева, погруженного в чтение, говорят о том, что мы только что видели его экранизацию читаемой книги.

Жанна продолжает молча оглядывать учеников, но видит только склоненные над партами головы. Она проходит между рядами, у последней парты поворачивается  и над классной доской видит портрет Антона Макаренко.

ГОЛОС МАКАРЕНКО. Забыла мой совет? Обращайся к тем, кто тебя слышит, остальных игнорируй.

Она быстро подходит к столу, поворачивается к классу, оглядывает его и видит: на первой парте сидит знакомая девочка из поезда — Ира Ильичева. Она с любопытством посматривает на нее.

Жанна берет со стола  книгу  «Золотая роза»,   подходит поближе к девочке  и ровным голосом начинает свое повествование.

ЖАННА. Это очень странная вещь – труд писателя… Об этом писатель Паустовский написал замечательный рассказ. (Показывает книгу всем, потом персонально Ире.)

За Ирой на парте сидят ЛЮКА БЕРЕЗИНА и ЛЮСЯ КИРСАНОВА. В классе их за дружбу называют ЛЮ-ЛЮ.  Люка  толкает локтем свою подругу, та отрывается от чтения, и вот уже трое слушают Жанну.

ЖАННА (продолжает). У одного бедного человека, кроме дочери, никого не было. Он очень ее любил, а она была несчастна, потому что ее бросил жених.

Кроме Иры и Лю-Лю остальные пока затыкают ладонями свои уши.

ЖАННА. Она мечтала о том, чтобы ей подарили золотую розу. По легенде такая роза приносила всем счастье.

Поднимаются  еще несколько голов.

ЖАННА (продолжает). И он задумал сделать дочери подарок. Он работал в ювелирной мастерской и решил не выбрасывать пыль, которая оставалась после работы над ювелирными изделиями — он делал их для богатых…

Жанну начинают слушать. Она уже говорит для многих.

ЖАННА (продолжает). Он стал просеивать пыль и собирать пылинки золота, на которые никто не обращал внимания… Много времени собирал он эти пылинки и собрал их столько, чтобы сделать из них маленькую золотую розу…

Жанна видит, что весь класс уже слушает ее. Только один ученик, Коля Агеев, не может оторваться от тайного чтения.

ОЗЕРО. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО – НОЧЬ.

Человек останавливается в нескольких метрах от динозавра и издает еще раз тот страшный звук. Динозавр опускает к нему свою безобразную голову. Человек одной рукой обнимает ее, словно собираясь что-то нашептать на ухо …

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ.

Увлеченный чтением, Агеев вытаскивает свои «Мурашки» прямо на парту.

ЖАННА (продолжает). Таков и писательский труд – писатель, годами собирая крохотные наблюдения из жизни, на которые никто не обращает внимания, создает свое произведение – как наш герой из отработанной пыльцы сделал золотую розу.

Жанна поднимает над партами выловленный из-под носа Коли Агеева бестселлер. Брезгливо, двумя пальцами, проносит  улов к шкафу, отпирает его, ставит книгу рядом с однотипными  изданиями, на корешке которых написано «том 1». На обложке нового тома, в отличие от первого, у чудовища появились еще две головы.

ЖАННА. Ого, число голов от тома к тому растет! В третьем томе, похоже, их будет уже семь! В этом росте людоедства, наверное, вся суть данной эпопеи.

Вдруг Жанна настораживается. В окружающем пространстве начинает происходить что-то непонятное и зловещее.

Из коридора доносятся нарастающие звуки чьих-то шагов. Словно очнувшись, Саша Тужилин подбегает к «камчатке», где сидят Суперы, и срывает с их ушей наушники. Суперы, заслышав шаги, замирают тоже. Вот шаги затихают у самой двери. Все уже готовятся встать. Но вот – снова шаг, потом другой, и становится отчетливо слышно, что они удаляются… В классе наступает радостная разрядка.

ЛЮКА БЕРЕЗИНА (Жанне). Это наш директор, мы его прозвали Иван Грозный. У него в кабинете камера видеонаблюдений. От него ничего не утаишь!

СЕРЖ (провозглашает). 15 секунд, пока он до кабинета дойдет – план «Б»!

Суперы начинают обстрел класса комочками жвачки из трубочек-стрелялок, летят бумажные самолетики, начинается беготня…

ТУЖИЛИН. Отставить план «Б»! Суперов под парты!

Суперы с заломленными руками оказываются под партами.

Оторопевшая Жанна неподвижно стоит среди этого гвалта.

ТУЖИЛИН (отсчитывает время свободы от «государева ока») …12! 13! 14! 15!

На последней секунде Суперов отпускают, все рассаживаются, наступает тишина.

ЖАННА. План « Д» – дисциплина! Кто-нибудь объяснит, что происходит?

МОХОВ.  Нет, это необъяснимо.

НЕСТЕРОВА. Да очень просто! Мы потерянное поколение.

ЖАННА. Почему вы так решили?

НЕСТЕРОВА. Свободу перепутали со вседозволенностью. Нам всем нужен Иван Грозный, иначе мы погибнем.

ВОРОБЬЕВ. Жанна Карповна, не слушайте ее, она всю дорогу цитирует своего папеньку, а своей мысли у нее от роду не было!

ЛЮКА БЕРЕЗИНА (поднимает руку). Жанна Карповна, так та девушка,  она получила розу и стала счастливой?

ЖАННА. Конечно! Любая настоящая встреча с искусством делает нас счастливыми. Но для этого надо научиться…

Раздается звонок с урока. В класс заглядывает завуч.

ЗАВУЧ. Жанна Карповна! Директор пришел, зайдите, пожалуйста, к нему, он хочет с вами познакомиться. (Классу.) Ну, как вы встретили молодую учительницу? Хорошо? Не ударили в грязь лицом? Молодцы… (Уходит)

ЖАННА (закрыв дверь и встав к ней спиной). Объявляю план «М»! Все, у кого есть эти «Мурашки», сдают книгу мне – иначе не выпущу!

МОХОВ. Нет, это слишком! А где права человека?!

ЛЮКА БЕРЕЗИНА. Чтобы права человека иметь, надо для начала стать человеком! (Первая сдает книгу.)

ТУЖИЛИН (тоже сдавая книгу Жанне).  А вы не опасаетесь тяжелых последствий вашего плана «М»?

ЖАННА. Ой, напугал! У меня даже мурашки по спине побежали…

Примеру Тужилина следует весь класс. Девочки принимают книги, расставляют их в шкафу. Жанна закрывает стеклянную дверцу шкафа на ключ.

КОРИДОР ШКОЛЫ.  КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА – ДЕНЬ.

Жанна останавливается у двери, на которой табличка «Директор».

ЖАННА (стучит в дверь). Можно?

ГОЛОС ДИРЕКТОРА. Да-да, входите.

Жанна входит в кабинет. В темном углу кабинета стоит молодой мужчина в очках и строгом костюме с галстуком, торопливо перекладывая из шкафа в портфель какие-то бумаги. Из-за спины оглядывается на Жанну.

ДИРЕКТОР. Жанна Карповна? (Возится с бумагами.) Вот не ожидал: если бы не ваш костюм, я бы принял вас за старшеклассницу! (Снимает очки.) Я очень рад, что вы оказались в нашей школе. Нам не хватает молодых кадров.

Держа одной рукой портфель, другую руку протягивает ей.

ДИРЕКТОР (представляется). Вячеслав Сергеевич.

ЖАННА (подходит к нему).  Очень приятно…

Она протягивает ему руку – и осекается. Лишь сейчас в этом строгом мужчине в костюме из ткани с металлическим блеском она узнает недавнего знакомого, только тогда он был одет иначе, в джинсах и свитере, да и волосы были растрепанными, а не как теперь, аккуратно зачесанными.

ЖАННА.  Слава?!

ДИРЕКТОР. Жанна Карповна, обойдемся без панибратства! Я понимаю,  сейчас мода такая, на американский лад, директоров, как и президентов — по именам: «Хэллоу, Дональд», «Гуд бай, Хилари»! Но в нашей школе пусть будут и наши традиции, не возражаете?

ЖАННА. Ну, конечно, конечно, в школе я буду вас называть Вячеслав Сергеевич. Я понимаю… Простите… Но на свидании, наверное, можно будет по именам?

ДИРЕКТОР. Кажется, мы уже и Америку по раскрепощенности обогнали! Там, когда работа с личной жизнью переплетается, увольнение неизбежно, вы в курсе? Так что, даже по этой причине, у нас не может быть  никакого свидания… (Смягчившись.) К моему сожалению…

ЖАННА. Ну, конечно… Служебный роман — это не для педагогов… Вдруг нас увидят ученики…

ДИРЕКТОР. А уж учителя – тем более!

ЖАННА. Какое жуткое совпадение! Ведь если бы мы работали в разных школах, то, наверное, ничего, было бы нормально…

ДИРЕКТОР. Что «было бы нормально»?

Он какое-то время продолжает перекладывать бумаги из портфеля на стол и обратно. Жанна выжидательно смотрит на него испуганными глазами.

ДИРЕКТОР. Ненавижу эти бумаги!… Ну, ладно! У меня много дел… Я опаздываю! Даю вам испытательный срок – до конца учебного года. И, пожалуйста, ведите себя достойно… Вы свободны. До свидания.

ЖАННА. До свидания. (Выходит.)

ДОМ КНИГИ – ДЕНЬ.

Ребята гурьбой стоят у прилавка, за которым тот самый «многозначительный человек в темных очках». Поглаживая кота, он снисходильно слушает их вопли.

ВОРОБЬЕВ. Ни одного экземпляра не осталось?

МОХОВ.  Нет! Такого быть не может!

НЕСТЕРОВА. Да! Такого быть не может!

ПРОДАВЕЦ. Вы у меня, братцы, и первый том чуть ли не весь скупили, теперь второй по второму разу. Вы что, эти «Мурашки» солите, что ли?!

ТУЖИЛИН.  Цензура свирепствует! Как в 20-м веке!

АГЕЕВ. Короче, учителя, гады, отбирают.

ВОРОБЬЕВ. Ни одного, значит?

ПРОДАВЕЦ. Да не волнуйтесь вы так. Будет еще завоз. Я уже заказал.

АГЕЕВ. Да не можем мы ждать! Это же, правда, про наш город – сами говорили!

ПРОДАВЕЦ. Котофей, подтверждай! (Кот послушно мяучит.) Совсем забыл! Посмотрите в моем буккроссинге. (Кивает в сторону стеллажа на бульваре.) Я ставил туда один букинистический экземпляр, может, еще не взяли… Это бесплатно!

БУЛЬВАР ОКОЛО ДОМА КНИГИ — ДЕНЬ.

Ребята подбегают к стеллажу с книгами. Самый высокий и зоркий Тужилин под восторженные крики «ура» выхватывает с полки вожделенную книгу.

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА – ДЕНЬ.

Директор надевает плащ, но вдруг останавливается в глубокой задумчивости. Включает монитор видеонаблюдений.

На дисплее вспыхивают экранчики, в каждом из которых – свой класс. Они все пусты, уроки закончились. Только в кабинете литературы сидит за партой одинокая Жанна Карповна. Кажется даже, она утирает слезы…

ДИРЕКТОР (себе). Как-то глупо вышло! (Выключает монитор, берет шлем с вешалки, выходит, на ходу говорит по мобильному.) Алевтина Николаевна, надо как-то помочь новой учительнице, мы не должны и ее потерять…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ. ШКОЛЬНЫЙ ДВОР – ДЕНЬ.

Теперь Жанна стоит у окна и видит, как из подъезда школы выходит директор, в одной руке шлем, в другой портфель. На парковочной площадке он подходит к мотоциклу, надевает шлем, садится на мотоцикл и поднимает голову.

Видит в окне наблюдающую за ним Жанну.

Их взгляды на секунду встречаются.

Мотор резко срывается с места и исчезает в воротах школы.

Жанна какое-то время стоит у окна, потом подходит к шкафу, открывает его и достает оба тома «Мурашек по спине»…

СКВЕР ОКОЛО КНИЖНОГО МАГАЗИНА – ДЕНЬ.

Ребята в ближайшем скверике устраиваются на траве, и Агеев, страстно поцеловав книгу, раскрывает ее.

Ребята обнаруживают внутри книги вклеенный чистый лист бумаги.

Тужилин смотрит лист на просвет, как хирург на рентгеновский снимок, поднимает руку — тоже жестом хирурга.

ТУЖИЛИН. Спички!

В его пальцы сразу же кто-то вкладывает зажигалку.

Под язычком пламени на чистом листе появляются узоры, в одном из них мы узнаем рисунок чудовища на озере. Внизу начинает проступать какая-то надпись.

КИРСАНОВА. План! Динозавр!

ТУЖИЛИН. Ясно, как день – наше озеро! Очертания точные.  (Читает вслух надпись.) «Встреча как обычно в субботу 00.00.» И здесь крестик. Место встречи.

АГЕЕВ. Круто!  «Место встречи изменить нельзя»!

Все в смятении переглядываются.

ВОРОБЬЕВ. Чистая подстава! Кто сейчас молоком шифрует? Связь – самая допотопная! Как будто ни мобильных, ни интернета!

МОХОВ. Допотопная надежней! А там, в этих цифрах, всё уже давно под колпаком!

НЕСТЕРОВА. Мохов прав! Готовится глобальный цифровой концлагерь.

ТУЖИЛИН. Опять умничаешь? Повторяешь папаню, а сама не понимаешь, что говоришь! Короче, надо пойти и узнать! (Трясет планом.)

АГЕЕВ. В эту же субботу! Если никто не пойдет, я один пойду!

ВОРОБЬЕВ. А чё остается делать? Надо идти.

ИЛЬИЧЕВА. Ребята,  я боюсь, это же ночью, опасно! Лучше сначала у продавца  узнать, кто сдал книгу – кому он должен ее передать.

КИРСАНОВА. Наверняка она попала к нам случайно, ее надо вернуть! Пусть продавец и разбирается.

ТУЖИЛИН. Стоп! Сами разберемся! Никаких утечек! Иначе провал!

БЕРЕЗИНА. А родители? Мы втихаря не сможем!

ТУЖИЛИН. Не всё сразу!  Проблемы решаем по мере поступления.

МОХОВ. И надо сначала весь том прочитать, может, какие-то наводки будут.

НЕСТЕРОВА. Да! Вот это мудро!

ТУЖИЛИН. До субботы надо успеть. Воробьев, читаешь первым и очень внимательно!

МОХОВ. Чур, я второй!

РЕБЯТА (хором).

— Я третий!

— А мы вдвоем, четвертые!

АГЕЕВ (чуть не плачет). Ребята, а как же я? Я за одну ночь прочитаю…

НЕСТЕРОВА. А ты, Колянчик, подумай лучше, как вернуть все книги обратно. Была незаконная конфискация нашего имущества — где протест? Из-за тебя же всё!

ЛЮСЯ КИРСАНОВА. Ребятки, а нам эта Жанночка нравится.

ЛЮКА БЕРЕЗИНА. У нас предложение: пускай остается, не надо никакого плана –  «А» и «Б»? (Проникновенно смотрит на Тужилина.) Она такая хорошая…

ТУЖИЛИН. Ладно, посмотрим на ее поведение…

КОМНАТА ЖАННЫ – ВЕЧЕР.

Жанна, сидя в кресле, достает из рюкзака два тома «Мурашек», кладет их рядом на тумбочку, где уже по-хозяйски устроилась Муся.

ЖАННА (кошке). Муся, дорогая! Так хочется открыть душу… Какая я невезучая, ты не представляешь! (Кошка устраивается поудобнее – слушать.) Только решила: кажется, это судьба. Открылась ему, всё рассказала про себя, что учительница. Он тоже мог бы сказать, что директор школы. А нёс какую-то пургу: «приходится вертеться, заниматься черти чем». Для него в школе работать – это «заниматься черти чем»! Прикинь! Уму непостижимо! Зачем он так со мной?!

Жанна, вытирая слезы, приступает к чтению «Мурашек».

ЖАННА (уже себе). Ну что ж, взглянем в лицо врага…

 ПАРК. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО – ВЕЧЕР.

Медленно вращается колесо обозрения. В одной из кабинок, сидит ПОЛЕТТ, красивая девушка, похожая на Полину. Кабинка раскачивается все сильнее. Колесо накреняется. И вот ужас – из кабинки на землю выпал первый человек…

Полетт висит, уцепившись за поручень одной рукой, но силы ее на исходе, и вот вслед за другими она падает на землю. Прямо в крепкие руки молодого человека, который успевает поймать ее (назовем его здесь ИЗОБРЕТАТЕЛЬ).

Какое-то время они молча смотрят друг на друга…

КОМНАТА ЖАННЫ — СВЕТАЕТ.

Жанна лежит в постели с книгой в руках. Захлопывает книгу. Выключает настольную лампу.

ЖАННА (глядя на обложку, где крупно напечатано имя автора). Постмодернизм. Талантливый, гад! На что тратят люди силы… (Засыпает.)

КОМНАТА ТЕТИ ВАРИ – СВЕТАЕТ.

У тети Вари бессонница. Она не спит, лежит на боку и смотрит на экран своего ноутбука, который теперь стоит на тумбочке около ее кровати.

На экране какие-то шумные дебаты, все так друг друга перекрикивают, что невозможно понять ни слова….

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ.

Агеев сидит за партой в носках, рядом валяются новые кроссовки. Он забавляется тем, что пальцами ноги нажимает в них на кнопку и то включает, то выключает на них подсветку.

ЖАННА.  В этом году нам предстоит величайшее счастье – изучить  гениальный роман в стихах Александра Сергеевича Пушкина «Евгений Онегин».

МОХОВ (Воробьеву, шепотом). Ну, скоро ты?

Воробьев дочитывает последнюю страницу нового тома, лежащего на его коленях, закрывает его и сует Мохову.

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Директор на дисплее видеонаблюдений смотрит, что происходит в классе Жанны Карповны. Параллельно проверяет контрольные по математике, красным карандашом исправляя ошибки.

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

ЖАННА.  Роман в стихах! Кто пишет романы в стихах сегодня? В основе сюжета лежит потрясающая история любви. Понимают ли сегодня люди, что такое любовь?

Лю–Лю не спускают взгляда с Жанны.

Мохов осторожно скашивает свои глаза вниз, где из-под парты виднеются строчки книги. По спине его пробегает дрожь.

ЗАМОК. ИНТЕРЬЕР. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО.

В гулком помещении замка выстрел звучит оглушительно. Человек в черном успевает отпрянуть за скульптуру музы. Пуля отбила ее мраморный пальчик, и тот катится по паркету…

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Очередная двойка в очередной тетради. Директор в досаде отодвигает тетради. Берется за другую стопку — школьных смет. Пишет в графе «Унитазы» — «5 шт.»

На экране дисплея Мохов вскидывает глаза, расширенные от ужаса, на Жанну.

ЖАННА (классу.) Главная героиня романа, Татьяна Ларина, всего года на два, на три старше вас… Можно считать, что она ваша ровесница…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Уже все девочки внемлют Жанне. Люка незаметно бросает взгляд на Сашу: ей интересно, как он слушает учительницу, которая  говорит им про любовь?

Мохов снова косится вниз и вздрагивает от звука выстрела…

ЗАМОК. ИНТЕРЬЕР. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО

На этот раз у музы выбита из рук арфа, а затем отбит нос. Вздрагивает и прелестная женщины, которая прячется в оранжерее, смежной с залом, где происходит смертоубийство. Эта знакомая нам Полетт.

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

ЖАННА (на экране дисплея). Но главный герой, Евгений Онегин, он все-таки старше вас, и вам придется поднапрячься, чтобы понять его. Критики той эпохи назвали Онегина «лишним человеком». Кстати, как вы понимаете это словосочетание «лишний человек»?

ДИРЕКТОР (глядя на монитор). Это не словосочетание, Жанна Карповна, это я! И такие, как я! Учились создавать самолеты, а стали ходячим ужасом для себя и других.  Ну, какой я директор школы?! Когда мне без моего космоса, всё – тоска и всё – скука!

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

За спиной Жанны Серж-Cупер исхитряется точным попаданием из стрелялки комочком жвачки залепить «око Большого брата» – объектив видеокамеры над классной доской. 

Мохов снова вздрагивает.

ЗАМОК. ИНТЕРЬЕР. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО.

На этот раз выстрелов следует целая серия. Перебитые ноги музы не выдерживают, и статуя рушится на пол. Раздаются тяжелые размеренные шаги… Чьи-то ноги в лакированных ботинках приближаются к картине, где изображено чудовище, выплывающее из озера. Несколько резких движений руки в перчатке ножом, и полотно, вырезанное по рамке, падает на пол…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

ЖАННА. Мохов, что с тобой? Ты не слышишь моего вопроса? И что ты всё время вздрагиваешь?

Жанна подозрительно вглядывается в смутившегося Мохова, потом подходит к нему и резко открывает парту.

ЖАННА. Опять!!!

В парте беззащитно лежит раскрытый том «Мурашек». Тот самый экземпляр!  

ЖАННА. Нет, это непостижимо! (В руках у нее «Онегин» и «Мурашки» — как бы на весах.) Как сказал великий Шекспир: «С такой горы пойти в таком болоте искать свой корм! О, есть у вас глаза?»

МОХОВ (с вызовом). О, есть!

ЖАННА. А если есть, то как же предпочесть?! Галиматью эту про всяких там глупейших чудовищ – роману о любви! Любви, которая покорила весь мир!?

ТУЖИЛИН (Жанне). Пушкин там выдумал что-то,  дурацкую любовь какую-то, а в «Мурашках»  настоящая жизнь, невыдуманная!

Люка Березина снова бросает настороженный взгляд на Сашу Тужилина.

ЖАННА. Как же невыдуманная! Насквозь выдуманная!

ВОРОБЬЕВ. Откуда вы знаете? Вы же сами говорили, что не читаете таких книг!

Суперы уже повскакали на парты, но вот они, что-то почуяв, замирают, оцепенев.  Становится слышно, как по школьному коридору раздается звук чьих-то шагов. Тот же неторопливый и грозный ритм.

Шаги эти принадлежат Вячеславу Сергеевичу,  директору школы. Он входит в класс. Наступает зловещая тишина. Суперов словно сдуло с парт.

ДИРЕКТОР. Что здесь происходит? (Переводит свой пронзительный взгляд с одного ученика на другого.) Ток-шоу вместо урока? (Видит, что объектив видеокамеры залеплен жвачкой. Жанна не замечает его взгляда, зато его замечают Суперы и Тужилин.) Или, может быть,  флешмоб?

Жанна стоит перед классом, пытаясь скрыть свое смятение.  Директор подходит к учительскому столу, кладет на него стопку проверенных тетрадей, берет со стола том «Мурашек», внимательно осматривает его, затем подходит к шкафу и так же внимательно оглядывает длинные ряды запертых в нем экземпляров книг.

ДИРЕКТОР. Я вижу, у вас слишком много свободного времени. Записывайте. (Все берутся за ручки.) К понедельнику самостоятельно изучить по Фихтенгольцу главу дифференцирования степенных функций. Записали? Все. (Оставляет «Мурашек» на столе.) Простите, Жанна Карповна, что я отнял у вас время для своего предмета. (Направляется к выходу. У дверей останавливается. Тихо, Жанне.) Я вам еще нужен?

ЖАННА (тоже тихо). Вы мне всегда нужны. Что бы я без вас делала…

ДИРЕКТОР (после длинной выразительной паузы). Всегда рад помочь!  

Оглядывается в поисках «террориста»,  останавливает свой грозный взгляд на Суперах — и четверка, хоть и не смотрит на него, втягивает головы в плечи. Он слегка кивает им, приглашая следовать за собой, и Суперы покорно трусят к дверям.

Когда они  выходят, все разом встают. Звенит звонок, но все молчат, пока не замирают звуки  шагов в коридоре. Как будто прошел целый полк.

ТУЖИЛИН (поднимает руку и встает.) Если вам нужна правда об этой книге, пойдемте в субботу ночью с нами на озеро. Там наверняка будет ОНО…

В классе мгновенно наступает тишина.

ЖАННА. ОНО?

ТУЖИЛИН.  Да, ОНО! Чудовище…

ЖАННА. Вы что, смеетесь? Детский сад какой-то!

АГЕЕВ. А давайте, на спор! Если ОНО там будет, вы сразу возвращаете все наши «Мурашки»! (Победоносно оглядывается на ребят.)

ЖАННА. А если там никого не будет, и я выиграю?

Агеев бросает вопросительный взгляд на Тужилина.

ТУЖИЛИН (азартно).  План «ЖД» — железная дисциплина. Пойдете?

ЖАННА.  Легко!

Ребята бурно аплодируют и обступают Жанну.

ЖАННА. Только в чем смысл нашего мероприятия? Сверхидея? Просто досужее любопытство?

ТУЖИЛИН. Нет. А вдруг это чудовище опасно для города?

ЖАННА (иронично). И вы станете «народными заступниками»?

НЕСТЕРОВА. Мы должны защищать свои конституционные права!

ТУЖИЛИН (Нестеровой).  Елки-палки! Высказалась! Ты хоть знаешь, что такое конституция?…

Пользуясь гулом голосов и толкотней вокруг Жанны, Агеев за ее спиной осторожно стаскивает со стола «Мурашки» и прячет книгу за пазуху.

Воробьев встает на стул и отлепляет жвачку Суперов от объектива камеры видеонаблюдений…

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА. (Продолжение сцены.)

Директор и Суперы молча смотрят, как на экране дисплея появляется изображение их класса, видят Воробьева, который спрыгивает со стула, ставит его на место и выходит  из класса вслед за ребятами и Жанной…

Директор вопросительно смотрит на Суперов.

СЕРЖ. Он и залепил!

ДИРЕКТОР. Я изобрел детектор лжи и вмонтировал его в свои очки. (Надевает очки и внимательно смотрит на Супера.) Повтори.

СЕРЖ (после паузы). Ну, я! (Вспыхнув.) Мы вообще против тотальной слежки… Большого Брата!

ДИРЕКТОР. Серьезный аргумент…

ПАРК – ДЕНЬ.

Работает колесо обозрения, на нем лишь несколько пар. На скамейке около него сидит молодой человек в джинсах и свитере, в нем уже трудно узнать директора. Назовем его, как он и представился Жанне, Славой. В руках у него цветы. Он озабоченно смотрит на часы.

ПАЛИСАДНИК ДОМА ТЕТИ ВАРИ – ДЕНЬ.

Жанна сидит в деревянном кресле. Перед ней на столике стопка тетрадей. Проверив очередную, она откладывает ее и о чем-то задумывается. Вдруг сквозь кусты сирени видит, что калитка открывается и входит Слава.

Он Жанну не видит, поднимается на крыльцо и стучит в дверь. На пороге возникает тетя Варя.

СЛАВА. Здравствуйте! Здесь снимает комнату девушка по имени Жанна?

ТЕТЯ ВАРЯ.  Здравствуйте, да вон она сидит, тетрадки проверяет.

Слава подходит к Жанне и кладет цветы на стол перед ней.

СЛАВА. Это вам. Добрый день! Не знаю, какие вы любите…

ЖАННА (пораженная его явлением). Я люблю те, которые мне дарят. Здравствуйте! Зачем вы здесь? Мы же договорились…

СЛАВА. Да, я помню, но вы не пришли. А номерами мобильных мы ведь забыли обменяться. Подумал, может, вы заболели…

ЖАННА. Я вас не пойму:  предлагаете одно, а  делаете другое…

СЛАВА. Да я сам уже ругал себя, зачем предложил встречу у этого «чертова» колеса? Как-то не романтично. Я еще не сказал, чтоб не пугать вас, лет десять назад оно же падало, ось сломалась. Несколько человек серьезно поранились… (Жанна удивленно слушает его.) Одна девушка даже онемела от испуга. И правда, чертово колесо!

ЖАННА. Даже не верится… Такая же история описана в этих «Мурашках»! Вы их случайно не читали?

СЛАВА (после заминки). Случайно?.. Нет, случайно не читал.

ЖАННА. Да вы садитесь!

СЛАВА. Спасибо. (Садится на скамейку рядом со столом.)

Жанна, вся в смятенных чувствах, раскрывает чью-то тетрадь и делает вид, что проверяет сочинение.

СЛАВА. Много работы?

ЖАННА. Ужас!

СЛАВА. У вас, видимо, проблемы какие-то?

ЖАННА. Да, проблемы.  Ребята совсем помешались на этом ужастике. Пригласили меня с собой на озеро — на спор: если чудовище появится, то я проигрываю… (с ужасом) и вместо «Онегина» мы изучаем «Мурашки»! Вот такой у нас был бы сюжетный поворот в методике преподавания! (Смеется.) Вы, конечно, были бы против?

СЛАВА. Почему я должен быть против? Только  не пойму, а если ОНО не появится?

ЖАННА (без энтузиазма). Тогда я выигрываю пари. И они обещали мне план «ЖД» — железную дисциплину.

СЛАВА. Ну, так радуйтесь! Вы выиграете. Оно ведь  точно не появится.

ЖАННА. В том-то и дело, что радоваться нечему. Оно, конечно, не появится, я выиграю пари, но никакой дисциплины  все равно не будет. Это стопудово.

СЛАВА. Да, похоже, что это так и будет.

ЖАННА (вдруг озаренно). А на самом деле я сама хочу, чтобы оно появилось, это чудовище! Очень хочу. Очень! Просто мечтаю об этом!

У нее такие горящие глаза, что Слава даже рассмеялся.

СЛАВА. Ну, вы ребенок!

ЖАННА (азартно). Я бы использовала это в педагогических целях!

СЛАВА. Каким же это образом?

ЖАННА. Я бы… Я бы стала их обучать искать правду в каждом произведении искусства — как связано оно с жизнью! И сначала делала бы это на примере этих несчастных «Мурашек»…

Слава слушает Жанну и смотрит на нее влюбленными глазами.

Она делает вид, что не замечает его взгляда.

ЖАННА (продолжает). А потом сделала бы такой хитренький пируэт и перешла бы к классике! Почему, например, стихотворение «Я помню чудное мгновение» живет почти двести лет? Да потому, что в нем запечатлены реальные чувства…

Какое-то время оба молчат, Слава продолжает смотреть на нее взглядом полным восхищения, внезапно он будто бы что-то вспоминает и смотрит на часы.

СЛАВА. Ладно, не буду вам мешать. Тетрадки – это святое! Да и у меня дела… Может, встретимся в более благоприятной обстановке? Вам будет, что рассказать!

ЖАННА. Инкогнито, да? Вечером, когда стемнеет? Давайте.

СЛАВА. Тогда в воскресенье, в восемь, в парке, у беседки…

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ — НОЧЬ.

Дядя Вася сидит у телескопа. Вокруг него на стульях расположились Суперы. Больше никого нет.

Дядя Вася смотрит в окуляр на луну и говорит по мобильному телефону.

ДЯДЯ ВАСЯ (в телефон). Тужилин, в чем дело? Где вы все? Пришли только Суперы. Звезды зажигаются, а вам уже это не нужно, что ли?

УЛИЦЫ ГОРОДА. ПАРК. ОЗЕРО — НОЧЬ.

Ребята с Жанной освещают себе дорогу фонариками…

ТУЖИЛИН (чуть отстав от всех, тихо, в мобильный). Фигаро, дорогой, прости, забыли предупредить, что не придем!  У нас сейчас  урок литературы на тему: «Ночной пейзаж в поэзии Пушкина, ну, там: «Выхожу один я на дорогу. Ночь тиха…» Ну. ладно, пусть  Лермонтов… Главное, урок  ночью, на природе, правда, мы родителей тоже не успели предупредить, они думают, что у нас кружок астрономии, ты нас случайно там не выдай… Фигаро, не обижайся, есть причины… Да все как-то неожиданно завертелось… Не выдавай! Пожалуйста!… Вот удружил, вот спасибо…Прости, Жанна зовет! (Отключает телефон и догоняет своих.) Это  здесь!.. Стойте!

Слабо мерцает луна, черными вертикалями прорисовываются сосны, сквозь них еле видна густая чернь озера.

ЖАННА (нарочито громко). Ну-с, друзья! Где же ваше жуткое чудовище?

Из темноты ответный девчачий шепот:

— Тише!

— Пожалуйста, Жанна Карповна!

— Тише, а то ОНО услышит!

ЖАННА. Однако вы мастера психологической обработки!

ИЛЬИЧЕВА (Агееву, в испуге). Да выключи ты свои кроссовки! 

АГЕЕВ. Чего тебе они, мешают?

Ребята готовят свои смартфоны к съемкам.

ТУЖИЛИН. Будет очень страшно! (Смотрит на часы.)

ЖАННА. «Уж полночь близится, а Германа всё нет!» (Тужилину.) «Пиковая дама». Опера. Чайковский.

Вдруг вдалеке урчит мотоцикл. Его фары скользят по противоположному берегу озера, и звук его скоро затихает в черных кустах. Опять наступает тишина.

ТУЖИЛИН. Ноль-ноль, точка, ноль-ноль!

В лунном свете становится видно, как в середине озера начинает бурлить вода. И вот из нее появляется маленькая головка с горящим глазом во лбу, и вслед ей всплывает огромное туловище, очертания которого полностью совпадают с изображением чудовища на обложке первого тома «Мурашек».

Тихий стон ужаса вырывается у Ильичевой, и она, потеряв сознание, падает. Жанна и ребята поднимают ее и уносят от озера. Другие бегут вслед. О съемке все забыли. Лишь Тужилин и Агеев остаются на месте. Тужилин сохраняет лицо, а на Агеева напал паралич. Он с ужасом смотрит под ноги, где, меняя цвета, мигают его подошвы.

Чудовище выплывает на поверхность, и вдруг раздается – тот страшный и странный звук, который уже слышала Жанна. Теперь он звучит совсем рядом…

Агеев, наконец, заставляет себя наклониться, но у него дрожат руки и не получается нажать на кнопку, чтобы выключить подсветку, он лихорадочно стаскивает с ноги одну из кроссовок и в панике со всей силой бросает ее в динозавра.

Мигая своими огоньками, она летит в сторону чудовища. Вдруг оно подпрыгивает и ловко заглатывает кроссовку.

Теперь уже от ужаса одновременно кричат девочки и Жанна с ними.

Тужилин и Жанна, схватив под локоть Агеева, утаскивают его в темноту.

Вместе с душераздирающим девчачьим криком, затихающим в парке, чудовище погружается под воду.

ПАРК. БЕСЕДКА – НОЧЬ.

Ребята тесной группой стоят вокруг Жанны. Она неподвижно сидит на скамейке. Наконец приходит в себя. Спохватившись, начинает пересчитывать детей.

ТУЖИЛИН (Жанне). Да не волнуйтесь так, все в целости и сохранности! Теперь точно уедете, да? Бросите нас на произвол судьбы?

ЖАННА. Ни за что!

ТУЖИЛИН. План «А» и «Б» отменяются! Она остается!

По противоположному берегу озера, уже в обратном направлении, проносится мотоциклист и с ревом  исчезает в ночи…

ПАРК. УЛИЦЫ ГОРОДА – НОЧЬ.

Маленькой шумной толпой идут они к выходу из парка. Дискуссия не утихает.

КИРСАНОВА. Может быть, это кино снимают?

ТУЖИЛИН. Ага: снимают кино – «Парк Юрского периода-5»! Или уже 10? А на  байке сам Спилберг — туда-сюда!

ВОРОБЬЕВ. Точно: скрытой камерой снимают! Ночью высадился десант из Голливуда!

МОХОВ. А в реале — это лохнесское чудовище!

На ходу смотрит на экран светящегося смартфона.

ИЛЬИЧЕВА. Какое еще «лохнесское чудовище»?!

МОХОВ. Водяной динозавр! Смотрите – живой, обитает в озере Лох-Несс, Шотландия.  (Показывает изображение на экране смартфона.)

НЕСТЕРОВА. А как он у нас  оказался?

МОХОВ.  На дне этого Лох-Несса есть глубокие трещины, до них и сейчас ученые не могут добраться. Может, через эти трещины, по подземным водоемам, оно и добралось до нашего озера!

ЖАННА. Ребята, это всё легенды, научно ничего не доказано!

ИЛЬИЧЕВА. Может, полицию вызвать? Или ученых каких-нибудь? Пусть всё объяснят.

ВОРОБЬЕВ. Нет! Еще чего! Пресса налетит тучей! Это наша находка! Наше чудовище! Сказано: никакой утечки!

НЕСТЕРОВА. Да, поклянитесь! Пока не разберемся сами – никому ни слова!

АГЕЕВ. Тем более я в жертву такие кроссовки принес! Знаете, сколько стоят? И что теперь я предкам скажу? Есть версии?

БЕРЕЗИНА. Видите, Жанна Карповна, «Мурашки» описывают жизнь нашего города! Факт?

ЖАННА. Не факт. Скорее не книга описывает жизнь вашего города, а кто-то по этой книге делает инсценировки! Сейчас такая продвинутая техника, всякие нано- голограммы-роботы…

МОХОВ. Не, факт: ОНО живое!

НЕСТЕРОВА. Да, Жанночка Карповна, оно живое!

АГЕЕВ. Только живое может быть таким голодным, чтоб кроссовки жрать!

ЖАННА (Тужилину). А ты что молчишь? Твое мнение?

ТУЖИЛИН. Я думаю… Тут в чем собака зарыта… По книге чудовище это было плодом фантазии злодея, значит ОНО было фантом, виртуал, наводка на мозги… ну, как гипноз!

ВОРОБЬЕВ. По-твоему, у нас был сейчас коллективный глюк?

ЖАННА. Я про что-то такое читала. Это очень опасно.

ТУЖИЛИН. Во-о-от! Я к этому и веду. Весь город в опасности, мы и не заметим, как все станем роботами или зомби.

 МОХОВ. А этот мотоциклист на другом берегу – тоже глюк? Помните, как в  книге злодей вот так же мотался по берегу озера, высматривал своего динозавра?

ИЛЬИЧЕВА (дрожа от страха). Ребят, а может, мы все в Матрице живем, а? И на самом деле нас нет в реале?

ЖАННА. Ребята, только не сходить с ума! Договорились? Единственная ниточка для расследования, за которую можно уцепиться – это продавец книг. У меня  предложение: утром сходить в Дом книги и  поговорить с ним, может, он что-то скажет. Кто со мной?

АГЕЕВ. Да мы все пойдем! Но о чудовище ни слова, ладно, Жанна Карповна?

ДОМ ТЕТИ ВАРИ. КУХНЯ – НОЧЬ.

Трое на кухне: тетя Варя, Жанна и Муся – ужинают рядышком – мороженым из морозильника — и смотрят вместе кино на ноутбуке: «Парк Юрского периода».

Но вот рекламная пауза – звук вырублен.

ТЕТЯ ВАРЯ. И что, такая же гадость в нашем озере завелась?

ЖАННА. Один к одному, теть Варь!  

ТЕТЯ ВАРЯ. Это все америкосы: у себя вырастили и нам подбросили! Их происки, больше некому!

ЖАННА. Только вы никому не говорите!

ТЕТЯ ВАРЯ. Я что, не понимаю, чем это пахнет? Международным скандалом!

Но вот звук снова включен, и Спилберг возобновляет свои «происки»…

У ВХОДА В ДОМ КНИГИ – УТРО.

ЖАННА (ребятам). Слушайте меня внимательно. В фильмах-детективах, я специально смотрела, там  следователь всегда как-то по-особому ведет допрос. Он задает вопрос подозреваемому, тот  начинает задавать встречные вопросы, но следователь никогда на них не реагирует! Понимаете? Как будто не слышит их. Наступает как танк – напролом: только свои вопросы! Психическая атака! И вот мы теперь должны только задавать вопросы и ни в коем случае не отвечать на встречные, а то проболтаемся, поняли?

НЕСТЕРОВА. Не очень.

ЖАННА. Тайна следствия!

МОХОВ. Логично.

ТУЖИЛИН. Кто не понял, оставайтесь здесь, а мы пойдем! (Открывает дверь магазина.)

ДОМ КНИГИ. ИНТЕРЬЕР – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Ребята подходят к прилавку, за которым стоит знакомый нам продавец. Рядом с ним, как всегда, черный кот.

ЖАННА. Здрасьте!

ПРОДАВЕЦ (заинтересованно). Здрасьте-здрасьте. (Обводит глазами ребят, сопровождающих свою учительницу.) Третий том «Мурашек» ждем в следующем квартале.

ЖАННА. А кто вам привозит их?

ПРОДАВЕЦ. Разрешите поинтересоваться: а зачем вам это знать?

Ребята переглядываются.

НЕСТЕРОВА. Вы не спрашивайте, а отвечайте!

КИРСАНОВА (наступив ей на ногу). Может, этот человек что-нибудь знает об авторе, Алексе Богане?

БЕРЕЗИНА. Что он вам говорил по этому поводу?

ПРОДАВЕЦ. А вам так интересна стала личность писателя?

АГЕЕВ. Да нас не колышат ваши писатели! Просто у нас проблема…

Все ребята делают Агееву страшные глаза: ты  хочешь проболтаться?!

Он, спохватившись, выхватывает из-за пазухи букинистический экземпляр 2-го тома «Мурашек».

АГЕЕВ. Кто вам сдал этот секонд-хенд? Отвечайте!

ПРОДАВЕЦ. А почему я должен вам отвечать?  (Ребята переглядываются, но молчат.) Ну что вы молчите, как партизаны?

ЖАННА (очень вежливо, но настойчиво). Так кто вам сдал этот экземпляр?

ПРОДАВЕЦ. Да почему я должен это помнить?! Какой-то парень.

МОХОВ. Такого хиппового вида? В куртке с капюшоном?  Капюшон надвинут на глаза?

Продавец выжидательно молчит.

МОХОВ. Как бы: «Я такой крутой!»?

ПРОДАВЕЦ. Ну, допустим. И что?

МОХОВ. И как он вам представился?

ПРОДАВЕЦ.  Но если ты его знаешь, что спрашиваешь?

Ребята тоже вопросительно смотрят на Мохова.

МОХОВ (невозмутимо). Я его не знаю, я просто на понты брал. Сейчас каждый второй так ходит.

ЖАННА. Кому предназначался этот экземпляр?

ПРОДАВЕЦ (гладя кота). Котофей, кажется, нас в чем-то подозревают? 

ТУЖИЛИН. На кого вы работаете?

НЕСТЕРОВА. Кто вам платит?

ПРОДАВЕЦ (почти весело). Какое вам дело?! Не докажите!

ТУЖИЛИН. Все ясно как день: коррупция.

ВОРОБЬЕВ. Куда не плюнь, везде коррупция!

ПРОДАВЕЦ. Так, выметайтесь из моего магазина, а то вызову полицию!

Жанна испуганно подталкивает ребят к выходу.

АГЕЕВ. Это мы еще посмотрим, кто вызовет полицию…

Продавец, провожая взглядом уходящих ребят, достает мобильный,  набирает номер и говорит в трубку:

ПРОДАВЕЦ. Это я! Кажется, клюнули… Кто? Да мелкие, из поколения некст…

ПАРК. БЕСЕДКА НА БЕРЕГУ ОЗЕРА – ВЕЧЕР.  

Взволнованная Жанна нервно ходит по беседке, взад и вперед. Смотрит на часы. Садится на скамью и задумывается о чем-то.

Наконец, появляется Слава. Он быстро идет к беседке, и, перепрыгнув через барьер, подходит к Жанне.

ЖАННА. Как вы однако… несолидно!

СЛАВА. А вы любите солидность?

ЖАННА. Я уж не знаю, что люблю… ОНО действительно появилось на озере! До сих пор не могу прийти в себя.

СЛАВА (присаживается рядом). Да вы что?! Не может быть!

ЖАННА. Оказывается, может. ОНО как настоящее, живое!

СЛАВА (весело). Правда?!

ЖАННА. Я чуть сознание не потеряла от страха!

СЛАВА. Так оно живое или нет?

ЖАННА. Нет! Наверняка, это какой-то фейк! глюк! Хотя ребята уверены, что это что-то вроде лохнесского чудовища.

СЛАВА. Может, они и правы?

ЖАННА.  Как вы можете верить в такую чепуху!

СЛАВА. Даже некоторые ученые верят, и почему бы мне не верить?!

ЖАННА. Я не верю. Мы видели, что кто-то на том берегу подъехал на мотоцикле… Если это все-таки розыгрыш, то зачем? Народ пугать?

СЛАВА. Может, затем, чтобы привлечь внимание к книге? Чтобы больше ее покупали?

ЖАННА. Такая дорогущая реклама? В глухой провинции, для какого-то там бульварного романа? Это абсурд.

СЛАВА. А если здесь какая-то мировая сенсация готовится? Такую версию вы не рассматривали?

ЖАННА. Да у ребят тьма версий! Они уверены, что ОНО опять появится в субботу в полночь. Потому что именно в это время слышен этот вой. Я сама слышала! А вы?

СЛАВА. Да, слышал. (Передразнивает ее.) «Мало ли кто по ночам воет в лесу?»

ЖАННА.  Подслушивали?  Непедагогично…

СЛАВА. Я не педагог, мне можно…

ЖАННА. Кстати, ребята думают, что тот продавец с котом как-то во всем этом замешан. Они даже слежку за ним хотят устроить, как вы на это смотрите?

СЛАВА (после паузы). Я думаю, не стоит! И это «непедагогично»!

ЖАННА. Это он им идею подкинул, что книга про их город…

СЛАВА. Ну и что? Я его с детства знаю, он,  конечно, балагур и фантазер, но на большее не способен.

ЖАННА. …и экземпляр продал,  где эта записка была о каком-то свидании ночью… У кого с кем, мы так и не узнали…

СЛАВА. Может, имелось в виду ваше свидание с этим чудовищем? А что? Как в сказке «Аленький цветочек». Стоит вам поцеловать его – и страшное чудовище  превратится в хорошего парня!

ЖАННА. Хватит издеваться!  И вообще, вы что, не верите мне?… А пойдемте в следующую субботу с нами!

СЛАВА. О, нет! Что, я маленький – ходить в ваш зоопарк?!

ЖАННА (с ужасом). Вы не верите и разыгрываете меня!

СЛАВА (с трудом сдерживая улыбку). Ну, почему?… Верю. 

ЖАННА (с вызовом).  А, между прочим, я все равно в выигрыше: ребята после вчерашнего мероприятия считают меня своей, их души сейчас открыты передо мной. (Повернувшись к нему.) А вот вашу душу я понять никак не могу. Вы такая загадка для меня, как будто в вас живет два человека…

СЛАВА. Каких же два человека?

ЖАННА. Один такой участливый и отзывчивый, простите, ЕГО я, можно сказать, полюбила, а другой… нет, не могу говорить. Он вызывает во мне страх…

СЛАВА. Да, Жанна, вы правы. Во мне два человека. Иногда я смотрю на некоторые свои поступки со стороны и поражаюсь: неужели это сделал я? Это совсем не в моем характере. Но мне кажется, в человеческих отношениях самое главное – доверие… Где я настоящий, решать не мне, а вам…

УЛИЦЫ ЭНСКА – НОЧЬ.

Человек в ярко-красной куртке с капюшоном, надвинутом на глаза, достает из рулона, прикрепленного к багажнику мотоцикла, какой-то плакат, подходит к тускло освещенному рекламному стенду и приклеивает его рядом со стендом.

На плакате оказывается знакомая обложка «Мурашек» — но уже с жирной цифрой «3» после названия. Изображено всё то же чудовище, только теперь оно, нависая над городом, раззевает свои пасти уже на семи головах. Рекламный слоган гласит: «Я БЛИЖЕ К ВАМ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ».

Звук взревевшего в ночи мотоцикла извещает, что человек, сделавший свое черное дело, едет его продолжать и в других местах беззащитно спящего Энска.

КОМНАТА ЖАННЫ – НОЧЬ.

Жанна сидит за ноутбуком, перебирая в поиске статьи на темы лохнесского чудовища. Откидывается на спинку кресла и о чем-то задумывается. Поднимает глаза к открытому окну и даже вздрагивает: на подоконнике стоит, мигая огоньками, кроссовка Агеева.

Жанна подбегает к подоконнику и выглядывает в окно.

ЖАННА. Агеев, что это за шуточки?!… Коля!

Какое-то время прислушивается к тишине в саду. Закрывает окно.

С сердитым видом берет кроссовку, смотрит: чистенькая – и перекладывает ее на стол. Найдя кнопочку внутри, с интересом изучает, как меняются ее огоньки с каждым нажатием. Наконец, выключает.

Потом закрывает ноутбук и ложится спать.

БЕРЕГ ОЗЕРА – НОЧЬ. СОН ЖАННЫ. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО.

Чудовище вылезает на берег, ползет к беседке, где сидит Жанна и протягивает к ней лапу.

В лапе ОНО держит кроссовку Агеева. Кладет ее на колени Жанны, а потом двумя лапами прижимает ее к себе, пытаясь поцеловать…

КОМНАТА ЖАННЫ — НОЧЬ.

Жанна в ужасе просыпается.

На столе стоит кроссовка Агеева. Внезапно огоньки ее вспыхивают и тут же гаснут.

ЖАННА (закрываясь одеялом и приходя там в себя). Ну, Колянчик, погоди!

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР – УТРО.

Уроки еще не начались, ребята резвятся в лучах весеннего солнца.

Вдруг – один за другим – они замирают…

Из угла школьного двора выкатывается директорский мотоцикл со своим грозным наездником в очках и шлеме и выезжает за ворота школы.

ШКОЛА. ИНТЕРЬЕР. РЕКРЕАЦИЯ. (Продолжение сцены)

Жанна в ожидании начала урока стоит у окна и смотрит во двор.

Она провожает директора взглядом, который выражает некую муку. Уехала ее надежда на дисциплину на предстоящем уроке. Теперь дети на школьном дворе кажутся ей почти неизбежным стихийным бедствием.

ДЯДЯ ВАСЯ (подходя к ней). Никак, Жанна Карповна, ты грустишь? Есть проблемы?

ЖАННА. Здрасьте, дядя Вася. Да, есть. Проиграла одно пари. Дисциплина падает, а тут директор уезжает. Я не хочу ему жаловаться, но, когда в школе его нет, я вхожу в класс, как  в клетку с тиграми! Мне страшно!

ДЯДЯ ВАСЯ. Да, без грозного царя России тяжело…(Смотрит на грустное личико Жанна.) Как же тебе помочь?

ЖАННА. Это невозможно. Вы же не проведете урок вместо меня?

ДЯДЯ ВАСЯ. Я энциклопедист, конечно. Любого могу подменить. Только не тебя. Ты у нас неповторимая…(Что-то обдумывает.) У меня идея! А сыграю-ка я шаги! ШАГИ Грозного!

ЖАННА. Сыграть шаги?! Это как?

ДЯДЯ ВАСЯ. Легко! Как заслышу шум из твоего класса, так и пройдусь тут шагами командора.

И он проходит мимо Жанны тяжелыми размеренными шагами.

ДЯДЯ ВАСЯ. Похоже?

Жанна смеется, и в знак заключения договора они обмениваются крепкими рукопожатиями.  

Раздается звонок на урок. Появляются ребята и, обгоняя друг друга разбегаются по своим классам.

Жанна идет к своему кабинету. Ее обгоняют Агеев с Моховым.

МОХОВ. Нет, точно, он живой! И ничего в этом удивительного нет…

АГЕЕВ (горячо). Конечно, живой. Я вот для него ношу с собой на всякий случай свою вторую кроссовку. Не веришь? (Достает из рюкзака кроссовку и показывает Мохову.) Может, у него это любимое лакомство!

ЖАННА. Агеев, а ну, постой! (Берет у него кроссовку. Потрясенно.) Правая?

АГЕЕВ. А какая вам нужна? Левую-то чудовище съело. Кстати, Жанна Карповна, вы не забыли, что вы проиграли – и книжечки должны нам вернуть?!

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – УТРО.  

Жанна открывает ключом книжный шкаф, достает оттуда все экземпляры «Мурашек». Класс шумит, довольный своей победой.

ЖАННА. Рано радуетесь. Я, конечно, сдержу слово, и вы получите  ваши «Мурашки», но… Предлагаю новое пари: если вы через пять минут сильно удивитесь — после моего маленького сюрприза, то значит…

Жанна с помощью волонтеров переносит книги к себе на стол.

ЖАННА (продолжает). Значит, я победила, и тогда вступит в действие план «ЖД» — «Железная Дисциплина». Согласны?

ВОРОБЬЕВ. Чем это вы можете нас удивить?!

АГЕЕВ. Мы ж индиго! Забыли? Индигу ничем не удивить! Индига сам удивляет!

МОХОВ. А если снова проспорите, и мы не удивимся, тогда что?

НЕСТЕРОВА. Да, Жанна Карповна, что мы получим?

ЖАННА. Я вас покину. Навсегда!

РЕБЯТА (хором).

— Ы-ы-ы-ы-ы!

— Нечестно!

— Шантаж!

— Провокация!

Класс расходится не на шутку. Пользуясь всеобщим шумом, Суперы тут же принимаются за свои бесчинства: начинают стрелять из трубочек липучками. Их пытается урезонить Тужилин.

ЖАННА (классу). Тихо! Ну, что, спорим или нет?

ТУЖИЛИН. Спорим!

Класс заинтересованно затихает.

Тужилин протягивает учительнице для заключения спора руку. Жанна вкладывает в его ладонь свою и ритуально разбивает рукопожатие другой рукой.

ЖАННА. Внимание… (Открывает рюкзак). Раз… два… три!

Она вытаскивает из портфеля кроссовку Агеева и высоко поднимает ее над своей головой.

ЖАННА. Вам привет… из Шотландии!

АГЕЕВ. Моя левая кроссовка!

Класс, оторопев от неожиданности, затихает – наступает мертвая тишина.

ЖАННА (торжествующе). Удивила!!! Удивила! Вступает план «ЖД»! Нет, лучше «РЖД»: Реально Железная Дисциплина!

Подходит к Агееву и торжественно кладет перед ним кроссовку. Он хватает ее и страстно целует.

РЕБЯТА (хором).

— Откуда она у вас?

— Вы купили новую пару!

— Колянчик, ну скажи!

АГЕЕВ. Нет, это моя, родная, талисман! (Достает  правую кроссовку.)

ЖАННА. Считайте, что ваше лохнесское чудовище исторгло эту кроссовку из своей пасти прямо на мой подоконник.

ТУЖИЛИН. Но почему тогда на ваш подоконник, а не Агееву?

ЖАННА. «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам!» Это Шекспир.

«Наш Уильям Шекспир», чей потрет тоже висел в кабинете литературы, не возражал против цитирования его текстов в русском переводе.

Класс продолжает оживленно обсуждать событие.

ЖАННА. Тихо! Урок начался! (Раздает всем книги, ей помогают Лю-Лю.) Вы обещали железную дисциплину. Я свое слово сдержала, а вы…

Ее не слушают – продолжают обсуждать историю с кроссовкой.

И вдруг из коридора доносятся знакомые ШАГИ…

Класс затихает…

Жанна подходит к двери и приоткрывает ее.

ШАГИ становятся громче.

В классе наступает полная тишина.

Жанна видит в коридоре дядю Васю. Они заговорщически подмигивают друг другу, и Жанна закрывает дверь.

ЖАННА. Итак, начнем расследование под кодовым названием «Тайна города Энска». Для этого мы должны проанализировать  содержание книги и сравнить его с реалиями нашей жизни.   Есть тут такие, кто успел прочесть оба тома?

Все поворачиваются к Воробьеву.

ВОРОБЬЕВ. Ну, чё остается делать? (Встает.) Значит так: жил-был один молодой гений, никому не известный,  ученый там, изобретатель… Ну, типа Теслы.

ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА (под изображение).  И вот он изобрел такой прибор – наденешь его на голову, чего-нибудь представишь, как следует, и это — материализуется. Сначала маленькое. Другой раз еще сильнее вообразишь – и ЭТО становится всё больше и больше…

И первым делом он представил себе девушку своей мечты, и она появилась: Полетт.

Сначала мелкая, как Дюймовочка, ну, а потом он довел ее до кондиции… Вышла вся такая из себя… Цветы выращивать любила … Но она о своем происхождении даже не догадывалась. А познакомились они как бы случайно, когда он ее спас при аварии этого чертого колеса. Ну, и это… чё им оставалось делать? Любовь-морковь, значит.

А у этого гения был брат, богач и злодей… Он, значит, тоже влюбился в эту Полетт. Она, конечно, и не думала…

ГОЛОС ЖАННЫ. Ну, чё, ему, злодею, оставалось делать?

Слышится смешок ребят.

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА. Ну да, при помощи всяких там коварных интриг он похитил сначала тот прибор. Надел его на голову себе, напрягся, а фантазии у него были – еще те! Через месяц получился монстр, вроде динозавра – а магии на целую вселенную! Потом у этого монстра выросли еще две головы, он хотел набраться сил, чтобы выросли еще головы.

Через эту магию он задумал стать повелителем мира и заставить эту Полетт, бедную, преклониться перед его силой. А этот гений… ну, чё ему…

ГОЛОСА РЕБЯТ (подхватывают). …оставалось делать!

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА (после заминки). Ну, это… он уже фанател над новым изобретением – чтобы уже чужие фантазии без напряга считывать, на расстоянии…

ГОЛОС ВОРОБЬЕВА (итожит). Короче, он даже не заметил, как у него похитили его девушку, ну, эту – Полетт.   Всё, конец серии, второй. Ну, это… второго тома!

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

ЖАННА. Ну, чё мне остается делать, Воробьев? Пять, садись. (Ставит отметку в журнале.) Я тоже прочитала оба тома – называется постмодернизм: стиль есть, пародия есть – смысла нет! Все могу понять, но не заметить исчезновения девушки своей мечты!

ТУЖИЛИН. Легко!..  Вы просто плохо знаете жизнь, Жанна Карповна!

Люка бросает на него изумленный взгляд, но он делает вид, что не замечает ее реакции на его слова…

ЛЮКА БЕРЕЗИНА. А я уверена, что в третьем томе он ее вспомнит, и они встретятся!

ЖАННА. Вполне возможно… А теперь посмотрим, знаете ли жизнь вы, индиго! Кстати это слово, Агеев, не склоняется. В отличие от слова «индюк»! (Гладит его по голове.)

АГЕЕВ.  Очень остроумно, Жанна Карповна! Сравнили божий дар с яичницей! Индиго с индюком!

ЖАННА. Продолжим наш разбор. Слышали такое слово: «прототип»?… Оно в искусстве обозначает реальный объект или субъект, вдохновивший автора на создание образа.

Несколько нетерпеливых рук всплескиваются над партами.

ЖАННА. В этом шедевре вы увидели реалии вашего города. Какие же? Тужилин!

САША ТУЖИЛИН. Под видом иностранного тауна выведен наш Энск. Это ясно как день: парк, озеро с этим воем – посреди парка, продавец книг в темных очках с котом… Цветочный магазин на углу…

ЛЮСЯ КИРСАНОВА (перебивает). А знаешь, кто прототип Полетт? (Выдержав паузу.) Продавщица в этом цветочном магазине, вот кто! Мы догадались! Зовут: Полина!

ЛЮ-ЛЮ (наперебой).

— Мы с папой цветы там покупаем…

— Полина по-французски – Полетт

— Обе красотки с черными глазами…

ЖАННА. Интересно! И эта Полетт, как ваша Полина, тоже – немая!

Тужилин видит в окне директора – тот въезжает на мотоцикле в ворота школы.

ТУЖИЛИН. Стоп! Парковка все это время была пуста… Значит директора в школе не было! А шаги – были!

ЖАННА (не смутившись). Да, мистика! Как и в «Мурашках».

ИЛЬИЧЕВА. Да, там тоже есть про шаги!

ЖАННА. Учтите, прототипами бывают ведь не только люди, но и атмосфера, и события! И эта авария с колесом обозрения ведь тоже реально была у вас! Знаете об этом? Мне рассказывали…

НЕСТЕРОВА. А вы не верили! Ребята, она сдается!

САША ТУЖИЛИН (глядя в окно). А я начинаю догадываться, кто прототип того злодея!

Все вскакивают из-за парт, подходят ближе к окнам и смотрят на школьный двор. Мысль о том, что этим прототипом может оказаться их директор, который сейчас возится с мотоциклом, медленно овладевает массами.

АГЕЕВ. Помните того кренделя, что на озере был? Мотался, как психованный, по берегу взад-вперед… Значит, это – ОН?

Люка Березина вдруг быстро хватает книгу и начинает  лихорадочно перелистывать ее.

БЕРЕЗИНА. Тужилин прав! (Показывает на директора в окне.) Посмотрите на его костюм…(Читает фразу, найденную в книге.)  «У него была маленькая слабость: он любил все блестящее – даже костюмы у него были с обязательным нежным проблеском и всегда до блеска начищенная обувь…»

Директор за окном наклоняется и щеткой, которую он достает из бардачка,  очищает свои ботинки от пыли.

Все замирают, и словно не верят своим глазам.

ЖАННА. Да вы что, ребята! Наш директор – замечательный человек! Не надо подтасовывать факты!

АГЕЕВ. А что «надо»?!

ВОРОБЬЕВ. Надо марки байков сравнить!

ЛЮ-ЛЮ.

— Мальчики, включайте мозги!   

— Вы же понимаете в этом!

ТУЖИЛИН. Как их сравнишь, там не видно было.

МОХОВ. Не, я согласен, какой ОН злодей и богач? Байк у него – отстой какой-то! А у того, судя по звуку, крутой был, не меньше Харлея,  точно!

ЖАННА. Какого Харлея?

МОХОВ. Шекспира знаете, а Харлея и братьев Дэвидсон, нет? Ну, жесть!

НЕСТЕРОВА. Да, наш директор больше тянет на положительного героя. Дисциплину держит и справедливый…

ТУЖИЛИН (глядя в окно). И все-таки я не пойму: Грозного в школе не было, а шаги его были… Странно…

Все провожают взглядом директора, который исчезает в дверях школы.

ЖАННА (классу). Это хорошо, что странно, Тужилин! Думайте и наблюдайте. И вот вам задание на дом – дочитать второй том до конца и написать сочинение  «Странности вокруг нас». К сожалению, пока вас занимают странности весьма малые. Всякие фейки, мифические чудовища и темные происшествия. Об этом прошу не писать, не надо! Напишите, например, о странностях человеческих отношений или о странности восхода солнца…

ТУЖИЛИН. Мы живем не во времена Коперника, Жанна Карповна! Что же в восходе солнца странного?

ЖАННА. Странности восхода солнца до вас еще не доходят?… Ну что ж, подождем!

ТУЖИЛИН. Чего ждать-то?

ЖАННА. Я сказала, подождем.

Раздается звонок с урока.

ТУЖИЛИН. Ясно как день, что темно как ночь.

КОРИДОР ШКОЛЫ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ.

Жанна, тревожная и возбужденная от своего урока, подходит к кабинету директора, приоткрывает ее и заглядывает в кабинет. Видит там завуча.

За столом директора завуч перебирает какие-то бумаги.

ЖАННА. Мне бы Вячеслава Сергеевича.

ЗАВУЧ. Входите, он сейчас придет. Может, я чем-нибудь помогу?

ЖАННА. Нет, спасибо. Мне нужен именно Вячеслав Сергеевич. По личному вопросу.

ЗАВУЧ. По личному?.. Вот что, деточка, я хочу вам сказать… Не надо его беспокоить чем-то своим, личным. Я понимаю, он молод и хорош собой, как говорится, харизматическая личность, но поберегите его, у него жена, двое детей. Не омрачайте и свою жизнь, и его.

ЖАННА. Жена и двое детей!?

ЗАВУЧ. Вы что, не знали? Ну, так знайте. Жена его – учительница английского, сейчас сидит с детьми, но скоро, наверное, придет к нам преподавать. Так что, милая Жанна Карповна, не советую – по личным вопросам…

ЖАННА. Да-да, конечно. Спасибо. До свидания.

Завуч смотрит ей вслед и сокрушенно качает головой…

ПАРК. БЕСЕДКА НА БЕРЕГУ ОЗЕРА — ВЕЧЕР.

Жанна идет по пустынным аллеям, медленно и бесцельно. Темнеет.

ЖАННА. Ясно как день, что темно как ночь… Ясно, как день, что темно, как ночь…

УЛИЦА У ШКОЛЫ — ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

Жанна, возвращаясь домой, медленно проходит мимо школы.

В одном из освещенных окон школы на первом этаже виден директор. Он сидит за столом, склонившись над какими-то бумагами, и что-то быстро пишет.

Жанна останавливается и некоторое время смотрит на окно… Потом достает из мобильного сим-карту, бросает ее в урну и быстрой походкой уходит  прочь.

ШКОЛЬНАЯ ОБСЕРВАТОРИЯ – НОЧЬ.

Идут занятия по астрономии. Весь класс в сборе. Ребята один за другим подходят и по очереди смотрят в окуляр.

ДЯДЯ ВАСЯ (всем). Сириус сегодня обалденный! «Чем ночь темней, тем ярче звезды». Такой закон физики и души. Запомните это…

КОМНАТА ЖАННЫ — ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

Жанна стелет постель на диване. Муся внимательно следит за ее действиями…

В комнату входит тетя Варя с подносом, на котором стоит кружка с молоком и тарелка с пирожками.

ТЕТЯ ВАРЯ. Голодовку объявила?  (Ставит поднос на стол.) Пока не съешь, не уйду!

ЖАННА. Ой, спасибо!  (Садится за стол, ест.) Какая вкуснятина!

ТЕТЯ ВАРЯ. Люблю кормить!… Хочется открыть душу, можно?

ЖАННА. Открывайте.

ТЕТЯ ВАРЯ. У меня какой-то когнитивный диссонанс…

ЖАННА. Что?!

ТЕТЯ ВАРЯ. Ночью не могла заснуть, стала гулять по ютубу – и насмотрелась! Вот губернатор — сидит в СИЗО, взяточник, вор, карьерист… с ним все ясно. И вдруг – читаю дальше, другие отзывы… оказывается, он многодетный отец, у него фонд для сирот и вообще он человек очень честный, его просто заказали конкуренты!

Пытается включить ютуб и показать Жанне, но машет рукой.

ТЕТЯ ВАРЯ. Ну, вот как с этим жить?! И так про всё! То у нас «денег нет, но вы держитесь», то «бюджет захлебывается от денег»! Мозги выносит… Ничего не поймешь, что творится в мире!

ЖАННА (после паузы). Я понимаю. У меня, видимо, тоже, этот, когнитивный… Тоже хочется открыть душу…

ТЕТЯ ВАРЯ. Так, давай!

ЖАННА. Помогите, пожалуйста, мне. Если опять придет… этот человек, ну, Слава, скажите, что меня нет дома – уехала, умерла, сквозь землю провалилась! Мы договорились с ним встретиться в парке в воскресенье, но я не пойду. И сим-карту в мобильном я поменяла.

ТЕТЯ ВАРЯ. Да что случилось? Такой приятный мужчина!

ЖАННА. У него жена и двое детей!

ТЕТЯ ВАРЯ. Вот это да!.. Я ему скажу! Я такое скажу, я тебя в обиду не дам! (Берет с подоконника увядшие цветы и уходит.)

ЖАННА (кошке). Но мы с тобой продолжим расследование!

…Жанна сидит перед компьютером. На дисплее – сайт школы.

Портрет директора – «Иван Грозный» во всей красе. 

Жанна долго и тревожно всматривается в его лицо.

Потом «гуглит» в поиске: «Раздвоение личности».

Выскакивает множество ссылок. Она открывает одну из них…

Потом, грустная, долго сидит, задумавшись, с кружкой молока в руках.

Потом открывает том «Мурашек» и начинает его листать. Вдруг натыкается на иллюстацию, сделанную, как и все другие в книге, в сладостном стиле прерафаэлитов, на котором изображена Полетт, вдыхающая аромат розы. Жанна долго вглядывается в изображение, потом, подняв голову, опять о чем-то глубоко задумывается.

КОМНАТА ТЕТИ ВАРИ – НОЧЬ.  

Тетя Варя лежит в постели и смотрит на лежащий перед ней на груди ноутбук.

На экране шапка телеканала «Евроньюс»: демонстрации, бои, эмигранты, прорывающиеся сквозь кордоны, природные катаклизмы…

ПАЛИСАДНИК ДОМА ТЕТИ ВАРИ – УТРО.  

Из дома выходит Жанна. За плечами ее рюкзачок, идет на работу в школу. У калитки, увидев расцветший куст пионов, останавливается и, пародируя Полетт на иллюстрации, наклоняется к пышному цветку и целует его. На ее лице проскальзывает лукавая улыбка. Видно, что она что-то задумала.

ЦВЕТОЧНЫЙ МАГАЗИН – УТРО.

Жанна заходит в цветочный магазин. Видит Полину, из лейки поливающую цветы. Жанна идет к ней, на ходу вынимая из рюкзака том «Мурашек»

ПОЛИНА (встревоженно). Что вам нужно?

ЖАННА (растерявшись). А мне сказали, что вы немая… Я хотела… Я пришла узнать… Вы случайно не знаете автора этой книги?

ПОЛИНА. А вам что за дело, знаю я его или нет?

ЖАННА. Нам показалось… мне показалось, что здесь в одной героине описаны вы…

ПОЛИНА. Вам показалось! И какое вы имеете право вмешиваться в чужую жизнь?

ЖАННА. Значит, правда, там описана ваша история?

ПОЛИНА. Вы только за этим пришли?… Тогда до свидания, хорошего дня. (Уходит к себе в подсобное помещение.)

ЖАННА (тихо). Хорошего дня. (Оглядывается.)

В магазине никого нет. Жанна подходит к стойке. Невольно рассматривает ее и вдруг замечает среди ваз с цветами фотографию в рамочке.

Оглянувшись, не видят ли ее, наклоняется к ней.

На фотографии совсем молодые, лет по двадцать, Полина и парень сидят рядом на берегу озера, парень одной рукой обнимает ее.

Жанна вглядывается в лицо парня и вдруг обнаруживает в нем знакомые черты. Это Слава, совсем еще молодой!

Оправившись от потрясения, Жанна быстро достает мобильный и переснимает фотографию. Быстро выходит из магазина.

УЛИЦА ОКОЛО ДОМА ДИРЕКТОРА – УТРО.

По улице бодрым шагом идет в школу Тужилин. Обходит длинный забор директорского дома. Забор сделан из ажурной решетки, и сквозь него хорошо виден двор перед подъездом дома. Тужилин равнодушно проходит мимо дома, но вдруг останавливается и возвращается назад к забору.

Он видит, как из-за дома с визгом выкатывается детская колесница, которой управляют двое дошколят. Обычно такие игрушки изображают тройку лошадей, но у этой в упряжке был Змей Горыныч, точная копия обложки второго тома «Мурашек».

Вдруг на крыльцо из дома выходит директор. Завидев детей, он громко зовет: «Наташа!». Подходит к детям, что-то им тихо говорит – дети послушно вылезают из повозки… На крыльцо выходит молодая женщина в халатике.

ДИРЕКТОР. Отнеси это жуть на помойку!

Он ухватывает повозку за голову Змея-Горыныча и тащит ее к сараю.

НАТАША. Да чего ты – детям нравится!

ДИРЕКТОР. В том-то и ужас, что нравится!

НАТАША. Ну, Славик, не злись, отнесу!

ДИРЕКТОР. И не называй меня «Славик»! Мне же не пять лет!

НАТАША. Да что с тобой? Какой-то странный стал. Влюбился, что ли, в кого?

ДИРЕКТОР. Влюбился! Мне три отчета надо сдать — на эшафот лучше!  Бумаг море — уже писателем стал!

Директор заходит в сарай и выходит из него уже с большой пластмассовой машиной, куда тотчас же залезают дети. Директор садится на мотоцикл и выезжает со двора. Тужилин едва успевает отскочить в сторону.

ШКОЛА. ВИД ИЗ ОКНА КЛАССА – УТРО.

Директор припарковывает мотоцикл – к нему сразу подбегают несколько «мелких», начинается оживленный разговор, видимо, о мотоцикле, потому что дети трогают его, а директор им что-то объясняет…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ — ДЕНЬ.

Из окна своего класса за директором наблюдает Жанна. Ее взгляд полон горечи и недоумения.

Видит Тужилина — он подбегает к подъезду школы.

…И вот он уже влетает в класс. Почти все ребята в сборе.

ТУЖИЛИН.   Всех приветствую!

ЖАННА. Саша, подойди, пожалуйста, сюда! Надо поговорить.

Тужилин подходит. Некоторое время они вместе с другими ребятами смотрят, как  директор в окружении «мелких» возится около своего мотоцикла.

САША ТУЖИЛИН. Мою версию изучаете? Что наш директор прототип злодея?

ЖАННА. У меня есть другая версия. Покруче твоей.

ТУЖИЛИН (перехватывает ее взгляд). Да у меня стопудовое доказательство моей версии! Я только что видел, как его дети катались на игрушке, она запряжена зверюгой, как на втором томе. Точная копия!

КИРСАНОВА.  Ну, и что? Сейчас полно таких игрушек, у моего братца есть и динозавры, и змеи-горынычи!

ТУЖИЛИН. Это не игрушка, это макет! Именно такого монстра своим воображением сделал злодей…

КИРСАНОВА (Тужилину). И чего ты прицепился к директору, он вообще к нашему расследованию не имеет никакого отношения!

РЕБЯТА (хором).

— Действительно, взъелся на него!

— Прям, зациклился!

— Власти его завидуешь!

ИЛЬИЧЕВА (глядя в окно). О, Суперы пожаловали! Идут тихенькие — Грозного увидели!

НЕСТЕРОВА. У Тужилина мания величия. Хочет быть таким же крутым, как Грозный! Чтоб все от его шагов замирали, так? И чтоб Суперы перед ним трепетали!

Все невольно следят за Суперами во дворе, как меняется траектория перемещения по двору злой силы, притворяющейся невинной — не от директора, как все ожидали, а к нему.

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

Суперы подходят ближе к директору, Здороваются, что-то спрашивают, он, улыбаясь, отвечает, и вдруг один из Суперов, оседлав байк, делает по площадке осторожный круг.

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ – ДЕНЬ. (Продолжение сцены.)

ИЛЬИЧЕВА (лядя в окно). Надо же, паиньки, прям!

НЕСТЕРОВА. Да наглые просто!

ЖАННА. Ребята, а теперь я хочу изложить свою версию. Только прошу: никому! ни намека! Даже под пытками и ни за какие деньги! Договорились?

РЕБЯТА.

— Могила, Жанна Карповна!

— Умрем, но не продадим!

— Ноль утечек, кровь из носа!

ЖАННА. Я не должна вам об этом говорить. Речь идет о репутации человека. Тем более, это всего лишь версия. Но я верю в вас и еще почему-то верю, что, если мы пойдем в нашем расследовании до конца, то все будет хорошо. Как сказал немецкий драматург Брехт: «Плохой конец заранее отброшен, он должен, должен, должен быть хорошим!» Версия у меня такая: наш директор – это и есть Алекс Боган, на этих книгах – его псевдоним!

Жанна выжидает, пока утихнет разноголосица удивленных возгласов.

ТУЖИЛИН. С чего это вы решили?

ЖАННА (включает смартфон, на его экране – знакомое фото). Смотрите – обнаружила в цветочном магазине. (Показывает всем). Узнаете? В юности он был влюблен в эту Полину-Полетт… Он жил в этом городе, всё знает и всё описывает. В том числе  свою «лав стори» и немного себя…

РЕБЯТА (хором).

— Потрясающе! Это он, наш директор!

— Жесть! Свихнуться можно!

— Это они наверняка после выпускного!

— Точно, наше озеро! Наш пляж!

БЕРЕЗИНА. У них такая любовь тут!

ТУЖИЛИН. Не фанатей! Какая любовь?! Женился-то он на другой!

НЕСТЕРОВА. А я не понимаю, как он может быть автором «Мурашек», когда он ругает нас за то, что мы их читаем?!

КИРСАНОВА. Да, как может быть такое?

ЖАННА. А представьте такую ситуацию: у человека дар писателя, но что-то не сложилось, он стал директором школы… И вот тайно, по ночам, он пишет свой роман, а днем он как директор должен ругать вас за то, что вы вместо классики читаете его «Мурашки». В результате у него раздвоение личности.

РЕБЯТА (хором).

— Раздвоение личности?

— Как это?!

— На самом деле так бывает, что ли?

ЖАННА. Понимаете, в каждом человек есть то, что он не знает о себе…

АГЕЕВ. Я все знаю о себе!

ЖАННА. Ну, хорошо. Представьте, что на школу напали террористы. Как вы будете вести себя?

Класс зашумел.

ЖАННА. Агеев, я тебя спрашиваю.

АГЕЕВ. Я бы сразу выпрыгнул из окна! Второй этаж — запросто!

СЕРЖ. А я бы прыснул ему в глаза! У меня всегда при себе баллончик.

ИЛЬИЧЕВА. А я бы тут же умерла.

НЕСТЕРОВА. Что скажут, то и будем делать. Так по инструкции полагается.

ЖАННА. А ты, Тужилин?

ТУЖИЛИН. Не знаю… Всё, что здесь говорили — это детский лепет.

БЕРЕЗИНА. Я тоже не знаю.

ЖАННА. Вот видите, вы не все знаете себя. И чем старше вы становитесь, тем больше вы будете удивляться себе, обнаруживая в себе и что-то хорошее, и частенько — плохое. А иногда человек настолько не хочет видеть в себе плохое, что просто напрочь забывает про это. Возникают так называемые провалы памяти. В итоге человек как бы разделяется, и возникает ощущение, будто в одном человеке уживаются две личности. Например, герой и предатель. Или там гений и злодей…

НЕСТЕРОВА. Директор школы и писатель ужастиков!

ТУЖИЛИН. Как два в одном флаконе, да?

ЖАННА (продолжает). Слушайте дальше. Великий русский писатель Лев Толстой утверждал, что главное в художественном произведении — душа автора. И это часто проявляется в том, что писатели наделяют своего героя собственными чертами характера и своей судьбой…

БЕРЕЗИНА (поднимает руку). Можно я скажу? Я все поняла! Наш директор — прототип изобретателя, а не злодея, как предположил Тужилин! Судя по фотографии, где эти двое явно любят друг друга. Со злодеем Полетт не могла быть такой.

ВОРОБЬЕВ. А кто тогда тот человек на байке? По жизни?

МОХОВ. Человек на байке – это явно прототип злодея, потому что он как-то связан с чудовищем. 

ВОРОБЬЕВ. Может, он и создал этого динозавра? По жизни.

АГЕЕВ. Чего его создавать? Оно само по себе – живет и поживает!

ЖАННА. Но наше следствие только начинается, и у нас пока только версии…

Раздается звонок на урок. 

ЖАННА. Итак, друзья, начинаем урок. Сегодня у нас  тема: «Евгений Онегин» как энциклопедия русской жизни…

Все рассаживаются.

Дверь распахивается, и в класс вваливаются Суперы. С шумом проходят к своим местам. Жанна провожает их выразительным взглядом.

ЖАННА. А кто будет здороваться и извиняться за опоздание? Пушкин?

СЕРЖ (невозмутимо). Здрасьте. А опоздали – директор задержал. У нас будет мотоклуб, он нам свой байк отдает. У него есть новый:  Харлей–Дэвидсон! Он пока его только объезжает!

Ребята и учительница в смятении переглядываются…

УЛИЦА ОКОЛО ШКОЛЫ – ДЕНЬ.

После уроков они идут рядом – усталая Жанна и бодрый Тужилин.

ТУЖИЛИН. Получается, наш директор в школу ездит на старом мотоцикле, а на свои свидания с чудовищем на шикарном «Харлее». Ну, да: раздвоение личности… И моя версия победила: директор – прототип злодея.

ЖАННА. Ничего не победила. Насмотрелся ужастиков, рассказываешь какую-то фантастику. Никаких доказательств. Сплошной поклеп. Моя версия куда правдоподобней. Человек пишет книги и работает директором школы. Вполне реально.

ТУЖИЛИН (подумав). А вам не кажется, что моя версия не исключает вашу — и наоборот? Тогда получается, что наш директор — это «три в одном флаконе»: и изобретатель, и писатель, и злодей! Создавал свое чудовище, всё описал в своей книге, и вот сейчас решил окончательно воплотить свою фантазию в жизнь.

ЖАННА. Говори уж тогда — «четыре в одном флаконе»: и директор, и писатель, и изобретатель, и злодей! (Меняется в лице.) Тебе не кажется, что ты зашел слишком далеко?

ТУЖИЛИН. Я зашел?

ЖАННА. А кто, я что ли?

ТУЖИЛИН. А не кажется ли вам, Жанна Карповна, что и у вас тоже раздвоение личности: на уроках вы – педагог, а вне уроков – детектив, под ником «Агата Кристи».

ЖАННА. Тужилин! Я цельная личность – и тут, и там у меня одна цель: вдохнуть жизнь в ваше унылое существование: «план А», «план Б», план «Ц» и ЕГЭ, и тэпэ, и тэдэ… Ладно, будешь моим Эркюлем Пуаро! Твои серые клеточки… Вот тогда скажи: зачем ему все это?

ТУЖИЛИН. Как зачем? Весь город держать в страхе! Власть! Даром, что ли, Иван Грозный?

ЖАННА. Бред какой-то!

ТУЖИЛИН. А я докажу! Его  надо  зазвать на озеро с нами! Если оба там появятся — и чудовище, и мотоциклист — то это наверняка будет значить…

ЖАННА. … что описывает он не себя, а кого-то другого!.. Но он  не пойдет! Я ему уже предлагала! (После паузы, с ужасом, себе.) Может, поэтому и не пошел?

ТУЖИЛИН. А у меня пойдет! Я умею разговаривать с начальством. Можно, я его сам приглашу?

ЖАННА (испытующе смотрит на него). Дерзай, Пуаро! Пятерку поставлю…

КОМНАТА ЖАННЫ — ДЕНЬ.

Жанна сидит в своей комнате в кресле, закутав ноги в плед. Рядом на стуле кошка. Жанна пребывает в глубокой задумчивости, но вот тяжело вздыхает и кладет на колени пачку тетрадей. Открывает первую: «Странности вокруг нас».

И в ту же секунду слышит грохот упавшего ведра в сенях.

Она вздрагивает. И прислушивается к голосам.

ГОЛОС СЛАВЫ. Простите, тетя Варя, я ведро нечаянно уронил, у вас тут такая темень… Жанна дома? Звонил ей, но — «в сети нет». Случилось что-то?

КУХНЯ — ДЕНЬ.

ТЕТЯ ВАРЯ. Случилось! Только Жанны нет дома!

СЛАВА. Не знаете, куда она пошла?

ТЕТЯ ВАРЯ. Не знаю! Знаю только одно, что не надо вам ходить к ней. У нее есть жених. Скоро свадьбу сыграют. Наверное, к портнихе поехала, венчальное платье заказывать.

СЛАВА (потрясенно). Не может быть! Она в городе без году неделя!.. Не верю!

ТЕТЯ ВАРЯ. А зря! В таких девушек влюбляются с первого взгляда, а имя спрашивают на свадьбе!

СЛАВА. Согласен. Но здесь что-то не то… В любом случае скажите ей, что я не дозвонился и передайте эти цветы. Заранее благодарю. До свидания.

ТЕТЯ ВАРЯ. Прощай, сынок, прощай…

СЛАВА. И пусть она обязательно мне позвонит.

ТЕТЯ ВАРЯ. Прям, так и обязательно?

СЛАВА. Я должен ее предупредить, мы пока не можем встречаться – у меня срочная работа. Если я ее во время не сдам – будет катастрофа!

ТЕТЯ ВАРЯ (выпроваживает). Позвонит. Она обязательно позвонит. (Уже с крыльца.) Должна же она пригласить вас на свадьбу!

КОМНАТА ЖАННЫ – ДЕНЬ.

Жанна слышит, как удаляются ЕГО ШАГИ, и переводит дыхание.

В комнату заглядывает тетя Варя, ставит на стол букет цветов в кувшине.

ТЕТЯ ВАРЯ. Слышала, как я его отмазала?

ЖАННА. В вас пропала великая актриса!

ТЕТЯ ВАРЯ. То-то же… (Уходит.)

ЖАННА (кошке). Муся, ты что-нибудь понимаешь? Зачем мне звонить ему? Он может спокойно подойти ко мне в школе и сказать все, что нужно… Но разве может он в школе подойти ко мне просто так? Ни-ни! Только по рабочим вопросам! Раздвоение личности… (Цитирует по памяти.) «После переключения активная в данный момент личность не может вспомнить, что происходило, когда активна была другая личность…» Ужас! Ужас-ужас! (Углубляется в проверку сочинений.)

Вдруг раздается пиликанье ее мобильного. Она открывает его и читает эсэмэску: «ГРОЗНЫЙ СОГЛАСИЛСЯ ПУАРО.»

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР — ВЕЧЕР.

На скамейках около подъезда школы сидят Жанна и ребята ее класса – все, даже Суперы. Жанна подходит к ним.

ЖАННА. Молодцы, что вы с нами. Не боитесь?

СЕРЖ (ухмыляясь). Да мы бы и первый раз пошли, если б знали.

Дверь школы открывается и выходит Вячеслав Сергеевич.

Ребята дружно встают ему навстречу.

Он сбегает с крыльца, молодой и подтянутый, в элегантном сером костюме, подходит к Жанне и пожимает ей руку.

ДИРЕКТОР. Столько этой писанины, жуть! Думал, этот день никогда не кончится. (Подмигивает ей.) Ну, а вы как поживаете? Женихи, говорят, вокруг вас, как пчелы, вьются? Скоро свадьбу будем играть?

В ответ Жанна только кисло улыбается и обескураженно качает головой.

Вячеслав Сергеевич переключает внимание на ребят.

ДИРЕКТОР. У приличных людей «ночь в музее», «ночь в театре» — встречаются с произведениями искусства, а у нас «ночь на озере», творческая встреча с лохнесским чудищем! Ладно, вперед, братва! (Жанне.) Пересчитали народ? Все как один возвращаемся в школу, дядя Вася развезет всех по домам, чтоб никаких инсинуаций, что кого-то проглотил троглодит. (Подмигивает Ильичевой.)

ПАРК. БЕРЕГ ОЗЕРА — НОЧЬ.

Ребята, обступив директора и учительницу, тесной толпой стоят около них. Взгляды всех устремлены на озеро, в руках наготове телефоны для съемок.

ДИРЕКТОР (смотрит на часы). А с чего вы решили, что в этот день именно, в этот час…

Он не договорил. На противоположном берегу озера тарахтит мотоцикл. Фары его мелькают сквозь чащу леса, и вот он скрывается за кустами.

Все замирают. Наступает гнетущая тишина. Тужилин и Жанна молча переглядываются. Директор смотрит на свои часы – ровно двенадцать!

И тут же в середине озера появляются круги, возникает какое-то бурление, и из воды появляется чудовище, но на этот раз у него вместо одной – уже три отвратительные головы с разинутымы пастями. Теперь очертания чудовища полностью повторяют его изображение на обложке второго тома «Мурашек».

Ребята издают дружный вздох ужаса – и теснее прижимаются к директору. Но снимать продолжают.

Директор стоит среди них как памятник из гранита – твердый и непоколебимый.

ДИРЕКТОР. Спокойно! Я с вами. Ничего не бойтесь!

Змеиные головки растут на глазах, и теперь видно, что на этот раз это уже трехголовое существо с крыльями посреди туловища. Змей-Горыныч!

Жанна смотрит не на него, она не может оторвать своего взгляда от директора.

Тот напряженно, не отрываясь, наблюдает это жуткое зрелище, но в его лице нет даже тени страха. Его взгляд — это взгляд врача на больного, ученого на букашку. Тужилин смотрит то на директора, то учительницу, то на чудовище…

Оно издает знакомый вопль, и вдруг из трех его глоток вырываются шары огня. Они поднимаются в воздух, а чудовище медленно исчезает под водой.

Жанна замечает на лице директора странную презрительную усмешку.

Какое-то время на озере стоит тишина, слышен только тихий плеск волн. Справившись с волнением, ребята забрасывают директора вопросами.

ГОЛОСА РЕБЯТ.

— Что это было? Вы поняли?

— Правда, ведь оно живое?

— Это же прямо по книге!

— Зря вы не читали!

— Там тоже головы вырастали!

ДИРЕКТОР. Тихо! …Полагаю, это мелкое хулиганство, кто-то дурачит вас, а вы и рады. Гарантирую вам, на днях озеро будет от этой чертовщины очищено…

ИЛЬИЧЕВА (цепляясь за его руку). А я все равно боюсь!

ДИРЕКТОР. Бояться надо не чудовищ в озере, а тех чудовищ, что сидят у нас вот здесь! В душе!  И в голове! Ясно? (Видит в руках у детей смартфоны.)  Стоп, друзья!

Ребята вопросительно смотрят на него.

ДИРЕКТОР. А теперь все, без исключения, под моим наблюдением, удаляют со своих телефонов всё, что вы тут наснимали!

Он надевает очки и смотрит на всех просверливающим душу взглядом. Суперы тихо говорят что-то другим, и ребята, словно под гипнозом, выполняют его команду.

ДИРЕКТОР. Вот так-то. Нельзя допускать паники в городе. Тем более что это событие не стоит выеденного яйца.

Он берет под руку Жанну и ведет ее в сторону от ребят.

А они, приходя в себя, начинают обсуждать событие…

АГЕЕВ. Ничего себе, «мелкое хулиганство»!

ВОРОБЬЕВ. Как он «уберёт» этого монстра?

ТУЖИЛИН. Легко. Как заставил нас всех убрать фотки в телефонах.

СЕРЖ (хмуро). Он – может.

МОХОВ. Нет! Я хочу, чтобы Горыныч остался!

НЕСТЕРОВА. Да, без него будет скучно!

ИЛЬИЧЕВА. Но если он живой – это очень опасно!

АГЕЕВ. Договорились ведь – держать в тайне! Вот и нарвались…

СЕРЖ.  Зачем вообще директора ввели в курс, теперь выпутывайтесь со своим боссом!  (С вызовом смотрит на Тужилина.) Без него кишка тонка, да? 

ТУЖИЛИН (Сержу). Да, я пригласил Грозного и несу за это полную ответственность…

…ДИРЕКТОР (Жанне, они идут одни позади ребят). Кажется, наши дети, как наркоманы, подсели на это глупое шоу.

ЖАННА. Я вам говорила, как этот их интерес использовать. И я в этом направлении уже работаю. Но пока ребята не выяснят, что на самом деле происходит на озере, они не успокоятся!

ДИРЕКТОР. Как это «не успокоятся»? А мы, педагоги, на что?  И что вы про это мне говорили, я что-то не припомню…

Она не успевает ему возразить, он, давая ей знать, что разговор окончен, быстро идет к детям.

ЖАННА (тихо, себе). А я не помню, что вы себя «педагогом» называли…

ПАРК. ДОРОЖКА К ВЫХОДУ ИЗ ПАРКА — НОЧЬ.

Ребята бредут по дорожке к выходу. Впереди директор.

Процессию замыкает Жанна. Рядом Тужилин.

ТУЖИЛИН (Жанне, тихо). Значит, на байке не директор. «Три в одном флаконе» не выходит… Остается ваша версия: он — Алекс Боган!

ЖАННА. Сейчас я и в этом не уверена.  Во-первых,  историю первой любви директора и Полины могут знать многие, поэтому описать ее мог любой. Во-вторых, если бы ты видел, как он смотрел на этого Змея-Горыныча – очень странно: словно видел первый раз в жизни… но при этом сверял с чем-то…

ТУЖИЛИН. Вот именно – «сверял с чем-то». Со своей писаниной! Он  описывал все это безобразие, придумывал, фантазировал. А теперь кто-то без его ведома по книге материализует его фантазию! Вот он и разозлился! А был сначала такой добродушный.

ЖАННА. Ходим по кругу – снова наша первая версия: кто-то реально инсценирует «Мурашки».

ТУЖИЛИН. Похоже… Надо выяснить, что появилось раньше, книга или чудовище? Припоминаю… Сначала был первый том, а потом этот рев с озера!

ЖАННА. Эркюль Пуаро, ваши серые клеточки… Но это лишь косвенные доказательства.

ТУЖИЛИН. А какие  могут быть прямые?

ЖАННА. Например, если в его компьютере найти черновики «Мурашек». Но это невозможно.

ТУЖИЛИН. Миссия невополнима? Ну это как раз для меня.

На лице Люки Березиной, которая идет на несколько шагов впереди них и слышит эти слова, появляется улыбка затаенной радости.

ЖАННА (Тужилину). Что значит «для тебя»? Не вздумай ничего предпринимать!

ТУЖИЛИН (задумчиво). Или найти чела, который делает этих головастиков. Или выводит их, как цыплят курица, если они живые.

К ним поворачивается Серж, который со своими «суперами» идет впереди них.

СЕРЖ. А я считаю, что это наверняка «висяк» будет!

ЖАННА. Что-о-о?

ТУЖИЛИН. Преступление, которое невозможно раскрыть. Висяк!

Сзади слышится стрекот мотоцикла – ребята одновременно тревожно оборачиваются в его сторону.

На другом берегу озера кто-то проносится, освещая свой путь светом фары…

СЕРЖ . Тихо! (Отбегает от всех. Стоит, весь превратившись в слух, лицом к дальнему огоньку фары, мелькающей на другом берегу озера. Возвратившись к ребятам, небрежно бросает.) Это «Кавасаки»!

ЖАННА. Какие еще «Кавасаки»?

СЕРЖ. Марка байка. Не знаю, почему вы решили, что должен быть «Харлей».

ТУЖИЛИН. Ну, ты — нюхач!

Ребята дружно смеются. Лицо Сержа каменеет…

ЖАННА (миролюбиво). Это ты зря, Тужилин. По звуку можно много чего определить. А «Харлей» или «Кавасаки» — теперь уже без разницы!

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР – НОЧЬ, СВЕТ ФОНАРЕЙ.

Ребята тесной группкой толпятся у школы. Вдали виден старенький автобус.

Около него возится с мотором дядя Вася.

К ребятам подходят директор и Жанна.

ДИРЕКТОР. Итак, мои любезные, увиденное, наверное, кое у кого вынесло все мозги. В целях профилактики я категорически запрещаю любые культпоходы на это озеро. Мы договорились с Жанной Карповной, что вход будет открыт только после того, как класс сдаст ей общий зачет. Это приказ! Первое испытание через неделю.

ГОЛОСА РЕБЯТ.

— Какая программа, какой зачет?

— Новые тесты?

— Шантаж и террор!

— Незаконные санкции!

— Акцию протеста захотели?

ДИРЕКТОР. В одну шеренгу становись!

Ребята под его грозным взглядом нехотя выстраиваются по одной линии.

Директор поворачивается к Жанне и дает ей знак говорить.

ЖАННА. Да, за эту неделю вы должны выбрать каждый для себя классическое произведение и представить его – наизусть. Это могут быть стихи, отрывки из прозы или пьесы. Кто не сможет подобрать для себя ничего подходящего, может воспользоваться Домом книги. Там на бульваре стеллаж. Большой выбор классики, бесплатно. Главное — чтобы в руках у каждого была бумажная книга!

ТУЖИЛИН. Какое-то средневековье!

ЖАННА. Сама книга, ее переплет, иллюстрации, шрифт,  – все имеет значение, все создает настроение и, может быть, незаметно для вас влияет на ваше духовное развитие. Поэт Брюсов писал: «Есть тонкие властительные связи меж контуром и запахом цветка»…

ДИРЕКТОР (прерывает ее). Всё понятно? Контур и запах! Утонченные переживания! Никаких сапог всмятку! Теперь о родителях. Очень советую их не пугать вашими ночными впечатлениями. У них слишком пылкое воображение.

СЕРЖ. Что есть, то есть!

К шеренге подъезжает автобус. За рулем дядя Вася.

САЛОН АВТОБУСА (В ДВИЖЕНИИ) – НОЧЬ.

После директорского «сеанса гипноза» все ребята сидят какие-то недоуменные и притихшие.

ЖАННА (Березиной). Люка, ты одна не сдала еще сочинение! Учти, без него не приму зачет.

БЕРЕЗИНА. Я сдам, Жанна Карповна! Обязательно сдам.

ДЯДЯ ВАСЯ (за рулем). Вы с ними построже, Жанна Карповна, и на зачет меня пригласите, посмотрим, на что способны наши индиги! К жизни совсем не готовы! Нравственно! А что творится на свете?! Весь город ходуном ходит. Говорят, на нашем озере чудовище лохнесское объявилось. Неужели не слышали? Пьяницами питается и развратниками, которые гуляют по ночам в парке. Ну, и всякими хулиганами и бездельниками… А в первую очередь — лгунишками и врунишками. Правда-правда! На берегу находят одежду этих бедолаг, им съеденных, куртки там, кроссовки. Это выплевывает он, не вкусно ему!

В автобусе несколько секунд стоит мертвая тишина.

ЖАННА (выдыхает). Какой пассаж! Напугали до смерти, дядя Вась!

Пассажиры не выдерживают и заходятся в громком смехе.

ДЯДЯ ВАСЯ (ухмыляясь).  Что смеетесь? Плакать должны – ведь это грех обманывать старого человека! Ночными пейзажами они занимаются!

ВСЕ (хором, жалобно).

— Простите, дядя Вася!

— Мы больше не будем!

— Мы вас любим!

Только Тужилин сидит с суровым выражением лица.

ТУЖИЛИН (Жанне, строго). Произошла утечка информации. Каким образом?

ЖАННА. А что ты на меня смотришь, как инквизитор? Я-то тут причем? (Что-то внезапно вспоминает.) Я только тете Варе сказала… (Смущенно.) Ну, там еще…

ТУЖИЛИН. Так, с вами все ясно! А ты, Колянчик? Больше всех клялся.

АГЕЕВ. Я – никому! Мой брат не в счет, он мелкий, первоклашка.

ТУЖИЛИН (все больше хмурясь, поворачивается к Лю-Лю). Вы тоже – никому?

ЛЮ-ЛЮ. Мы только друг с другом… И с мамами! Совершенно по секрету.

НЕСТЕРОВА (повернувшись с переднего кресла). А ты у нас, значит, святой, да?! А ну, колись!

ТУЖИЛИН (после паузы).  С кем был! Куда меня закинула судьба!

                                                Все гонят! Все клянут! Мучителей толпа,

                                                В любви предателей…

ЖАННА. Молодец, Тужилин! Напомнил нам всем о зачете!

БУЛЬВАР ОКОЛО ДОМА КНИГИ — УТРО.

Мохов стоит перед селлажом с книгами. Достает с полки одну, листает, вздыхает, ставит на место. Достает другую…

Вдруг он невольно отвлекается. В магазин входит молодой мужчина в ярко-красной куртке с капюшоном, нахлобученном на лоб. Мохов с книгой в руках делает несколько шагов к большому окну-витрине Дома книги и смотрит за стекло.

Он видит, как мужчина подходит к продавцу книг, и они оба, наклонившись над прилавком, о чем-то говорят, оглядываясь по сторонам, как заговорщики.

Потом мужчина передает продавцу какой-то большой сверток и, низко нагнув голову, быстро выходит из магазина, так что Мохов едва успевает отпрыгнуть от окна. Мужчина доходит до мотоцикла, стоящего на автостоянке, усаживается на него, спускает со лба защитные очки и уезжает.

МОХОВ (шепотом, провожая взглядом мотоцикл). «Кавасаки»! (Озадаченный и встревоженный, опускает свои глаза к книге, которую держит в руках).

Это был Эдгар По «Маска красной смерти»…

КОМНАТА БЕРЕЗИНОЙ – ДЕНЬ.

Сидя за письменным столом, Люка открывает тетрадь для сочинений.

На чистой странице написана одна строчка: «Странности вокруг нас».

Наконец, она выводит: «Дорогая Жанна Карповна, у меня такая ясная жизнь, ну, нет ничего странного вокруг меня…»

Останавливается и тяжело вздыхает. Закрывает тетрадь и открывает томик «Евгения Онегина» на странице, которая заложена фотографией Тужилина.

ЛЮКА (начинает учить).

Я к вам пишу – чего же боле?

Что я могу еще сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать…

Но вы, к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня.

Вы не оставите меня…

КВАРТИРА ИЛЬИЧЕВЫХ — ДЕНЬ.

Ира стоит перед стеллажом с книгами. Снимает одну книгу, потом другую. Обложки книг иллюстрированы устрашающими картинками убийц, мертвецов и женщин с искаженными от ужаса лицами…

ИРА (вздыхает). Как страшно жить!

Наконец вытаскивает какую-то старую потрепанную книжонку, это сборник стихов Заболоцкого. Открывает наугад: «Некрасивая девочка».

ИРА (читает). Среди других играющих детей

Она напоминает лягушонка.

Заправлена в трусы худая рубашонка…

(Продолжая читать, она подходит к зеркалу.)

Колечки рыжеватые кудрей

Рассыпаны, рот длинен, зубки кривы,

Черты лица остры и некрасивы…

 Ира внимательно рассматривает себя в зеркале…

КВАРТИРА  ВОРОБЬЕВА — ДЕНЬ.

Родители Воробьева недоуменно  наблюдают за своим сыном. А тот стоит перед газовой плитой, в одной руке яйцо, а в другой нож, но он не разбивает яйцо, а медлит. На конфорке сковородка с шипящим маслом.

ВОРОБЬЕВ. Быть или не быть? Вот в чем вопрос. Достойно ли смиряться под ударами (бьет яйцо) судьбы?   Иль надо оказать сопротивление?

Он резко поворачивается и, словно отражая чью-то атаку, выставляет вперед нож. И в этот момент видит около себя отца и мать…

ВОРОБЬЕВ. (продолжает). И в смертной схватке с целым морем бед покончить с ними? Умереть. Забыться.       

ГАРАЖ ТУЖИЛИНЫХ — ВЕЧЕР.

Отец и сын моют свою иномарку.

Саша о чем-то сосредоточенно думает. Вдруг начинает тихо:

САША. С кем был! Куда меня закинула судьба!

             Все гонят! Все клянут! Мучителей толпа,

             В любви предателей,  в вражде неутомимых…

Изумленный отец замирает с тряпкой в руках…

Сын смотрит на него невидящим взором. Раздается характерный звучок, Саша вытаскивает из кармана смартфон, включает его, но продолжает декламировать:

САША. Вы правы: из огня тот выйдет невредим,

             Кто с вами день пробыть успеет,

             Подышит воздухом одним,

             И в нем рассудок уцелеет…

ОТЕЦ. В оппозицию играть изволите?

САША. Вот из Москвы! Сюда я больше не ездок.                                      

              Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,

              Где оскорбленному есть чувству уголок!

              Карету мне, карету!

ОТЕЦ (распахивая перед ним дверцу авто). Милости просим, молодой человек, какая же оппозиция без кареты?

Саша заглядывает в смартфон и читает. Эсэмэска  гласит: «САША, SOS! ЧТО ПИСАТЬ В СОЧИНЕНИИ НЕ ЗНАЮ. В МОЕЙ ЖИЗНИ НИКАКИХ СТРАННОСТЕЙ».

Саша быстро пишет ответ: «ТОГДА ИЩИ СТРАННОСТИ В ЧУЖИХ ЖИЗНЯХ». Поднимает голову на отца и пристально, как на инопланетянина,  смотрит на него… Потом добавляет в своем ответе: «У МЕНЯ ЕСТЬ ИДЕЯ!»

САД ОКОЛО ДОМА СЕРЖА – ВЕЧЕР.

Все Суперы в полном составе сидят в беседке вокруг большого пса. У Сержа в руках сборник стихов Есенина.

СЕРЖ (читает в книжке). «Дай, Джим, на счастье лапу мне, такую лапу не видал я сроду…» (Все ждут реакции пса.) Это Есенин, Есенина надо понимать! (Пес, наконец, понял – кладет лапу в протянутую руку.)   Ну, супер!!!  (Изнемогают от восхищения.)  «Давай с тобой полаем при луне на тихую, безлюдную погоду»…

Ребята переглядываются и начинают потихонечку имитировать лай собаки. Наконец, она робко присоединяется к любителям поэзии…

КВАРТИРА  НЕСТЕРОВОЙ: СПАЛЬНЯ, БАЛКОН — НОЧЬ.

Спят родители Вали. Вдруг со стороны балкона раздается жалобный голос.

ГОЛОС НЕСТЕРОВОЙ. Зачем вы говорите, что целовали землю, по которой я ходила? Меня надо убить…Меня надо убить…

 Мать Вали просыпается и недоуменно оглядывается по сторонам. Дверь на балкон полуоткрыта, и она видит там свою дочь в ночной рубашке. Она толкает в бок мужа. Тот просыпается. Она кивает ему в сторону балкона.

ГОЛОС ВАЛИ. Помните, вы подстрелили чайку? Случайно пришел человек, увидел и от нечего делать погубил… Сюжет для небольшого рассказа. Это не то…

Родители в страхе переглядываются.

Валя на балконе заглядывает в книжку, по которой учит текст – Чехов «Чайка».

ГОЛОС ВАЛИ (продолжает). О чем я?… О чем я?… Когда я стану большою актрисой, приезжайте взглянуть на меня. Обещаете?

МАТЬ (в сторону мужа). Это всё новая литераторша!

ОТЕЦ. Пятая колонна! Заслали! Нет, надо что-то делать! Завтра обзвоню родителей

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР — ДЕНЬ.

К группе одноклассников, сидящих на гимнастическом помосте, подходит Мохов.

МОХОВ (обращаясь к Сержу, который сидит, уткнувшись в свой планшет). Слушай, Серега, помнишь того перца на байке на озере? Ты что-то там заливал насчет «Кавасаки»?

СЕРЖ (уязвленно). Ну, да! Я по звуку могу определить марку любого байка.

ТУЖИЛИН (снисходительно). Да, ладно!

СЕРЖ (Тужилину). А ты проверь. (Тыкает пальцем в планшет и протягивает его Тужилину.)

Тужилин с недоумением несколько секунд изучает то, что написано на его экране. Экран полон маленьких изображений марок мотоциклов.

Все ребята заинтересованно наклоняются к планшету. А Серж, наоборот, демонстративно остается стоять в стороне. Тужилин, поняв, что к чему, тыкает пальцем на планшете в один из звуковых файлов. Из планшета раздается звук урчащего мотоцикла.

СЕРЖ (после паузы). «Урал-Волк ИМЗ8» (Тужилин тыкает в другом месте экрана. Раздается новое тарахтение.) «Ява-250». (Еще один клик Тужилина) «Ямаха- Ф-зет-6″… (Новый клик — новый звук.) «Хондо-Магна» (Новый клик — новый звук.) «Харлей-Дэвидсон СиВиО». (Новый клик — новый звук.) А вот и он, ваш «Кавасаки»…

МОХОВ (хлопает Сержа по плечу). Молоток, Серега! Профи! (Ребятам.) Все сходится! Я видел этого злодея на «Кавасаки», у Дома книги. Ну, этого типа-прототипа!

ВОРОБЬЕВ. А чего ты решил, что это злодей? Мало ли кто гоняет на этих «кавасаках»!

МОХОВ. Он о чем-то шушукался с продавцом, видно было, что они подельники! Передал ему большой сверток.

СЕРЖ. В городе «кавасак» по пальцам перечесть. Найдем! (Тужилину). Смеется тот, кто смеется последний! Русская народная пословица!

Тужилин нехотя, но мужественно пожимает руку Сержу.

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ — ДЕНЬ.

Жанна сидит за столом и проверяет тетради.

Раздается робкий стук в дверь, и на пороге появляется Люка Березина.

БЕРЕЗИНА. Жанна Карповна, это мое сочинение, как я обещала. (Подходит к ней и отдает тетрадь.)

ЖАННА. В следующий раз за такую задержку я буду снижать отметку.

БЕРЕЗИНА. Простите меня, в сочинении я написала, почему так вышло.

ЖАННА. Хорошо. Сегодня же проверю. К зачету. Ты не забыла? В 3 часа. Перед директором хоть не опозорьтесь!

БЕРЕЗИНА. Плохой конец заранее отброшен! (Выходит. Вдруг снова выглядывает из-за дверей.) Он должен, должен, должен быть хорошим! (Исчезает.)

Жанна смеется и кладет тетрадь в общую стопку. Но, заметив несколько торчащих из нее пожелтевших машинописных листков, берет ее снова в руки и открывает. Бегло просмотрев листки, начинает читать сочинение.

ГОЛОС ЛЮКИ БЕРЕЗИНОЙ. Дорогая Жанна Карповна, у меня такая ясная жизнь, ну, нет ничего странного вокруг меня, поэтому я долго ничего не могла написать. И тогда Саша Тужилин посоветовал мне совершить разведку в дом нашего директора, он сказал, что наверняка я найду там кучу всяких странностей…  

ДВОР ДОМА ДИРЕКТОРА — ВЕЧЕР.

Березина подходит к директорскому дому. Перед калиткой останавливается.

Никого. Ветер, сосны шумят, между ними мелькают вороньи крылья…

Калитка с противным скрипом поддается, и Люка оказывается во дворе. Ветер поднимает обрывки тетрадей и дневников. Она подходит к дому и медленно обходит его, заглядывая в освещенные окна.

ГОЛОС ЛЮКИ (продолжает). Заодно Тужилин попросил  выяснить расположение комнат и где у директора находится компьютер. Ему зачем-то это было нужно. Вообще-то он хотел сопровождать меня, но я категорически отказалась: тогда бы «странности» были не мои…

Она, крадучись, медленно, заглядывая в окна, обходит дом.

В окне кухни видит Наташу, которая моет посуду. В окнах детской двое «мелких», прыгая по кроватям, кидают друг в друга подушки…

Люка скользит вдоль стены  дальше и видит окно, через которое хорошо просматривается комната, освещенная ярким светом. В ней, перед компьютером, сидит  директор. Он одет в  свитер и джинсы, и вид у него  не директорский.

 Люка оглядывается, видит какой-то ящик, осторожно подтаскивает его к окну и встает на него.

ГОЛОС ЛЮКИ. Наконец я обнаружила комнату, в которой был директор. Он сидел перед компьютером…

КОМНАТА В ДОМЕ ДИРЕКТОРА — ВЕЧЕР.

Директор вдруг встает, какое-то время ходит взад и вперед по комнате, потом берет мобильный телефон и что-то ищет в нем. Опять  подходит к компьютеру и включает скайп. Раздается звонок, и на экране возникает его же лицо!

ГОЛОС ЛЮКИ. Сначала я ничего не поняла, словно наш директор смотрел на себя в зеркало. Форточка окна была открыта, и до меня донесся его голос.

ДИРЕКТОР. Ну, привет, брат! Не ожидал? Сколько мы уже не виделись? Я думал, что ты еще в своей поганой Америке.

БРАТ. Здравствуй, Вячеслав – ты так неожиданно…Я уже два года в Энске. Что-нибудь случилось?

ДИРЕКТОР. Да нет. У меня все в порядке. Другое дело – наши отношения. Это, конечно, неправильно, что мы почти пять лет не знаемся друг с другом. Но как иначе?! Я здесь пытаюсь спасти хоть кого-то из детей – от этой заразы западной, сплошной этой развлекаловки… А ты лезешь сюда со своими ноу-хау!

БРАТ. Ты что, тоже вернулся в наш Энск?

ДИРЕКТОР. Пришлось. Завод мой в Нижнем раскурочили, кастрюли вместо самолетов, я на гражданке, без работы, вот и вернулся в родные пенаты. А Мирошка по-прежнему с тобой?

БРАТ. Со мной, куда он денется!.. А где ты сейчас работаешь?

ДИРЕКТОР. В школе. Преподаю математику, ну, заодно и директор.

БРАТ. Вот это да! Неожиданно… А у тебя случайно не работает  девушка, зовут Жанна?

ДИРЕКТОР (после длинной паузы). Нет, не работает такая… В городе ведь не одна школа! Давай по делу. Ты своими экспериментами всех наших  жителей взбаламутил! Ну, делал бы их в своей Америке, зачем вернулся?!

БРАТ. Ага, пусть американцы строят у нас диснейленды, а я, русский конструктор аттракционов, должен сидеть без работы?! Ты бы лучше боролся за отечественного производителя, а не воевал с ним. Я хочу, чтобы дети знали героев русских сказок и любили их, что в этом преступного?!

ДИРЕКТОР. Любили? Важно — за что? У нас из сказок почему-то одни Кощеи, да Соловьи-разбойники вылазят! Богатыри придурками становятся, а премудрые девы – лягушками!

БРАТ. Мало того, что стране я не нужен, так собственный брат гонит в шею!

ДИРЕКТОР. Ярослав, слушай меня внимательно! Вы с Мирошкой весь город пугаете своими монстрами, выдавая железки за живое существо, черный пиар решили устроить, да? Но учти, мы с мэром хорошо понимаем друг друга, и если вы сами не уберетесь с озера, вас просто уберут! Я знаю, как это сделать, понял? Так что пока не поздно – возвращайся в свою Америку!

БРАТ. Понял!  Ты за этим звонил?! (Отключает связь.)

ГОЛОС ЛЮКИ. Когда связь прервалась, директор  долго сидел неподвижно.  Конечно, все это было очень странно, и я в душе  ликовала, что мне есть, что написать в сочинении, но  вдруг мне стало очень стыдно: ведь я стала свидетелем чужой тайны, а подсматривать за людьми неприлично и даже подло.

 Люка  стоит на ящике, директор вышел из ее поля зрения, и единственное живое существо, которое она видит – это она сама, отраженная в стекле окна. Вдруг она слышит хлопанье двери, и на крыльцо, за углом дома, выходит директор.

Она испуганно отшатывается от своего отражения в окне, спрыгивает с ящика и в смятении бежит  к калитке.

ГОЛОС ЛЮКИ. Я подумала, что директор засек меня и сейчас задаст мне взбучку, и я, как сумасшедшая, добежала до сарая, дверь которого была полуоткрыта.

ГОЛОС ЛЮКИ. Вдруг кто-то выскочил оттуда, схватил меня за руку, а другой рукой закрыл рот, чтобы я не успела закричать…

Кто-то втаскивает Люку в сарай, и только теперь, в слабом свете фонаря, висящего в сарае, становится видно, что это Тужилин.

ТУЖИЛИН. Тихо! (убирает руку от ее рта). Я тебя страховал.

ЛЮКА (злым шепотом). Напугал до смерти – заикой могла остаться!

ТУЖИЛИН. Ничего страшного – женихов было бы меньше!

ЛЮКА. А тебе это так важно?

ТУЖИЛИН. Это важно тебе — для твоего духовного развития.

ЛЮКА. Набрался от Жанны Карповны!..

Вдруг они слышат тяжелые командорские шаги, которые поднимается по лестнице дома, а потом громко хлопает входная дверь …

Какое-то время ребята, затаив дыхание, стоят, крепко сжимая друг другу руки.

А когда они успокаиваются, и глаза привыкают к темноте, они видят под ногами несколько машинописных листков. Тужилин поднимает один, подносит к фонарю и  прочитывает несколько строк. Люка подходит к нему.

ГОЛОС ЛЮКИ. Каково же было наше потрясение, когда мы узнали в этой машинописной  записи текст «Мурашек»! Еще там было много правок шариковой ручкой! Мы оглянулись и увидели стеллаж, заставленный пачками таких же машинописных листков, некоторые были спрятаны в толстые папки, на корешке которых было рукой написано «Мурашки по спине». Пять листков, которые валялись на полу, я прилагаю к своему сочинению как вещественное доказательство того, что наш директор является автором этого бестселлера, а его брат-близнец реально создает этих чудовищ вопреки желанию брата. И наверняка это он был на мотоцикле!

Люка нагибается и собирает листочки рукописи, Тужилин помогает ей. Потом они выглядывают из сарая и, опять взявшись за руки,  бегут к калитке…

КАБИНЕТ ЛИТЕРАТУРЫ — ДЕНЬ. (Продолжение сцены).

Жанна, потрясенная сочинением, автоматически ставит пятерку в тетради.

ЖАННА. Никакого раздвоения личности, просто братья-близнецы! Вячеслав и Ярослав… Оба Славы… И я говорила то с одним, то с другим. Два человека откликались на одно имя! Мамочки, с ума сойти!

ШКОЛЬНЫЕ КОРИДОРЫ И ЛЕСТНИЦЫ — ДЕНЬ.

Жанна, размахивая тетрадкой своей ученицы и листочками рукописи, быстро идет по коридору, видит Березину у окна, видимо, ожидающую ее.

Жанна отдает ей тетрадь, обнимает ее и целует.

ЖАННА. Ты ребятам рассказала про это?

БЕРЕЗИНА. Да, они все знают. И мы все решили, что тот брат — в скайпе — Ярослав — явно прототип изобретателя. И его можно найти и познакомиться! Осталось только найти прототип злодея.

ЖАННА (поворачиваясь в сторону кабинета директора). Найдем, обязательно всех найдем!

БЕРЕЗИНА. Постойте! Мохов сказал, что он уже почти нашел его! Это человек в капюшоне, помните, Мохов говорил о нем продавцу книг!

ЖАННА. Так он же все тогда сочинил?

БЕРЕЗИНА. Да, сочинил. А оказалось, что попал в точку. И еще он уточнил две приметы: куртка у него красная, а мотоцикл тот самый, который Серж по звуку узнал: «Кавасаки». Сейчас ребята его по всему городу разыскивают.

ЖАННА. Похоже, у вас какая-то мания выслеживания! Ладно, я сейчас всё выясню у директора.

Она решительно направляется к кабинету директора. Листочки с рукописью остаются в ее руке.

Березина вдруг в окне видит, как к школе подходит толпа родителей. Она тут же строчит эсэмэску Тужилину: «ЧП — АТАКА РОДИЧЕЙ! ЧТО ДЕЛАТЬ?».

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ.

Жанна решительно входит в кабинет.

ЖАННА. Здравствуйте, Вячеслав Сергеевич! Прежде всего, я хочу попросить у вас прощения за то, что, когда мы знакомились, я вела себя так неадекватно. Я приняла вас за другого человека.

По лицу директора пробегает тень озабоченности, он подходит к окну и с силой открывает его. Его кабинет на первом этаже, напротив окна – гимнастическая площадка со спортивными снарядами, и по его порыву кажется, что он хочет туда выпрыгнуть для срочных тренировок.

ДИРЕКТОР (оборачивается к Жанне). Я уже догадался… Жаль, что поздно. Мне и в голову не могло придти, что он здесь, в городе.

ЖАННА. Я приняла вас за вашего брата Ярослава. И теперь я знаю – это он конструирует этих чудовищ…

ДИРЕКТОР (после паузы). У вас удивительная осведомленность.

ЖАННА. Меня дети прозвали Агатой Кристи. Скажите, пожалуйста, где сейчас Ярослав?

ДИРЕКТОР. Не скажу! В вашем лице после этой жуткой текучки кадров я нашел нормального педагога, и вот кто-то хочет отнять вас у меня, увезет в свою Америку… Он из породы предателей, вы понимаете это? Кто один раз предаст…

Шум из коридора прерывает их диалог. Директор распахивает дверь, и в его большой кабинет врывается толпа родителей.

ДИРЕКТОР. В чем дело?

ОТЕЦ ТУЖИЛИНА. Я отец Саши Тужилина и со мной родители остальных ребят.

ОТЕЦ НЕСТЕРОВОЙ (перебивая). Это со мной родители остальных ребят! Мы не можем терпеть этих постоянных засланцев пятой колонны!

ОТЕЦ ТУЖИЛИНА (перебивая). Причем тут пятая колонна?!  

ОТЕЦ НЕСТЕРОВОЙ. А при том – вы что, хотите быть родителем  №1? (Ильичевой.) А вы – родителем № 2?

МАМА ИЛЬИЧЕВОЙ. Почему № 2?! Никогда! Лично я только № 1! (С выражением смотрит на мужа, который с отстраненным видом стоит рядом.)

МАМЫ НЕСТЕРОВОЙ, ВОРОБЬЕВА И  ДРУГИХ (перебивая мужей и друг друга). При чем тут родители?! Мы об учителях! Нам не нужны  учителя со всякими  закидонами… этими «окнами Овертона»… мракобесие  какое-то… масоны… агенты влияния…  вокруг одни фейки…

ОТЕЦ НЕСТЕРОВОЙ (кричит). Вот именно — вокруг одни фейки!

ОТЕЦ ТУЖИЛИНА (бормочет в наступившей тишине). Этот Трамп еще…

ОТЕЦ ИЛЬИЧЕВОЙ. Коронавирус…

Все выразительно смотрят на Жанну.

Жанна оглядывается на открытое окно и видит, как к спортплощадке бегут ребята, среди них Люка и Саша. Суперы уже сидят на  брусьях  и  скрашивают свое ожидание созерцанием спортивных страстей на планшете.

РОДИТЕЛИ (неожиданно затихнув).

— То на озеро по ночам ходят…

-То уроки у них — звездами любоваться!

— Вместо ЕГЭ изучают динозавров!

— Притом, в натуре!

— Говорят, они живые и даже разумные!

ОТЕЦ ТУЖИЛИНА. И, мол, они скоро станут управлять нашим городом!

МАМА ВОРОБЬЕВА. Сын доведен до конфликтной ситуации! Всё твердит: «быть или не быть…»

ЖАННА. Это Шекспир! Они к зачету готовились!

РОДИТЕЛИ.

— Они на ЕГЭ провалятся с этим Шекспиром!

— Пусть лучше русскую литературу по-английски проходят!

— Без языка сейчас куда?…

Теперь все вопрошающе смотрят на директора.

Тот многозначительно молчит. Потом подходит к Жанне и вместе с ней смотрит за окно. Видит там ребят. Они сидят недалеко  на длинной скамейке гимнастического помоста, где обычно отдыхают запасники, и внимательно следят за тем, что происходит в кабинете директора. Вся мизансцена напоминает театр, где сцена – кабинет директора, а зрительный зал — скамейка с учениками под его окном.

ДИРЕКТОР (ребятам). Слышали всё? Что скажете? (Родителям.) У нас ведь демократия: надо выслушать обе стороны.

ШКОЛЬНЫЙ ДВОР – ДЕНЬ.

САША ТУЖИЛИН (встает со скамейки). Мы с обвинениями наших родителей категорически не согласны. Наоборот, мы чувствуем себя обогащенными и продвинутыми в духовном плане!

Саша ловит восхищенный взгляд Люки и вдруг  начинает медленно и красиво декламировать.

САША ТУЖИЛИН.  Онегин, добрый мой приятель…

                                     Родился на брегах Невы,

                                     Где, может быть, родились вы

                                     Или блистали, мой читатель…

УЛИЦЫ ПЕТЕРБУРГА — ДЕНЬ. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО.

Мы видим Онегина-Тужилина, прогуливающегося с Пушкиным вдоль набережной Невы. Они идут, о чем-то толкуя друг с другом. Прохожие удивленно оборачиваются на эту знаменитую пару. Среди них мы узнаем родителей, одетых по моде пушкинских времен.

ДВОРЕЦ В ПЕТЕРБУРГЕ. ИНТЕРЬЕР, ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО.

Гремит музыка. Блеск бала.

Татьяна-Люка сдержанно разговаривает с дамами. На нее наводят лорнеты родители. Они поражены не менее Онегина-Тужилина.

Тужилин-Онегин подходит к Татьяне . Диалог героев дается титрами.

ТУЖИЛИН-ОНЕГИН. Ваше сочинение прекрасно. Это почти как давнее ваше письмо ко мне, помните: «Я вам пишу, чего же боле?…»

ТАТЬЯНА-ЛЮКА. «Что я могу еще сказать?»

ТУЖИЛИН-ОНЕГИН. Мы можем сказать друг другу еще очень многое…

ТАТЬЯНА-ЛЮКА. И значит, я не исчезну из вашей жизни как мимолетное видение? Мне что-то не хочется замуж за генерала…

ТУЖИЛИН-ОНЕГИН. А мне надоело быть лишним человеком!

КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА — ДЕНЬ.

Возвращаясь в кабинет директора, к его стенам и лицам, к его пушкинскому портрету над доской, мы вновь слышим голос Тужилина, читающего строки «Евгения Онегина»:

ГОЛОС ТУЖИЛИНА. И, сохраненная судьбой,

                                        Быть может, в Лете не потонет

                                        Строфа, слагаемая мной:

                                        Быть может (лестная надежда!)

                                        Укажет будущий невежда

                                        На мой прославленный портрет

                                        И молвит: то-то был поэт!

Из окна кабинета видно, что Люка и Саша уже сидят в своем современном обличии на  скамье под окном, а в кабинете никто не решается нарушить молчание.

Родители оглядываются друг на друга и обнаруживают, что всё ещё стоят в костюмах пушкинских времен. Лишь через миг наваждение пропадает.

Директор поворачивается к родителям.

ДИРЕКТОР. Я тоже считаю, что ваши жалобы не имеют под собой веских оснований. Жанна Карповна – блестящий педагог. Она добилась своего – дети полюбили книги.

Директор подходит к окну и обращается к ученикам.

ДИРЕКТОР. Друзья! Считайте, что зачет по литературе вы сдали, и, как я вам и обещал, теперь вход на озеро для вас свободен. Парковая зона объявляется «Территорией, свободной от чудовищ»!

ЖАННА (ребятам). В таком случае тему «Пейзаж в русской поэзии» мы будем проходить на натуре, на озере!

Дружное троекратное «ура» приветствует их общую победу.

ДИРЕКТОР (к Суперам). А байкеров прошу посетить мой кабинет, хочется поговорить с вами по душам. Это возможно, джентльмены?

Родители между тем покидают кабинет.

В нем остаются лишь директор и Жанна.

ЖАННА (директору). Вот видите, Вячеслав Сергеевич, чудовище нам помогло, а вы сердитесь на своего брата! Пожалуйста, дайте мне его телефон или адрес скайпа!

ДИРЕКТОР. Нет. Не дам.

ЖАННА (после долгой паузы). А кто был тот человек, которого мы с вами видели на озере, ну, этот, на мотоцикле… марки «Кавасаки»?

ДИРЕКТОР. Потрясающая осведомленность! (Передразнивает.) «Ка-ва-саки»!

ЖАННА. У меня хорошая разведка.

ДИРЕКТОР. Кто, кто — ваш Ярослав! Управлял своим чудовищем. Поймите, Жанна Карповна, вы не знаете его, а он ведь сам чудовище, по воззрениям своим и поступкам. Как сейчас говорят – он токсичен. Посудите сами, с кем он общается в своем, так называемом творчестве? Со всякой нечистью: Змей-Горыныч, Соловей-Разбойник, Баба-Яга, кто там еще… Бармалей и Кикимора, ну, что он может взять от них? Только порочные страсти и распущенный нрав…

ЖАННА. Вы шутите?!

ДИРЕКТОР. Забудьте его!

ЖАННА. Ни за что!

ДИРЕКТОР. Я же добра вам хочу, неужели вы этого не видите?!

ЖАННА. Не вижу! Хорошо, тогда шантаж: я всем открою вашу тайну…– что это вы Алекс Боган! Вы по ночам  пишите эти «Мурашки»! (Машет перед его носом машинописными листами.) Вот доказательство!

ДИРЕКТОР (изучающе смотрит на нее). «Агата Кристи», говорите? Ну-ну… Можно селфи с вами? (Выставляет вперед руку с айфоном.) Пишу на видео. Повторите!

Жанна резко поворачивается и выбегает из кабинета.

ДИРЕКТОР (кричит ей вдогонку). Да он уже, наверное, в своей Америке!

КОРИДОР ОКОЛО КАБИНЕТА ДИРЕКТОРА.

Жанна наталкивается на Суперов, которые подходят к кабинету.

ЖАННА. Что вы опять натворили?

СЕРЖ. Только идем творить, Жанна Карповна. Креативное совещание с директором. Тема: устав мотоклуба.

ЖАННА. Прекрасно: вашу энергию – в мирных целях. … (Вздыхает.)

СУПЕРЫ.  А вы чего – такая грустная?

ЖАННА. Вы оказались правы. У нас висяк! Потому как главный бенефициар –  недоступен… Хорошего вам дня! (Уходит.)

СУПЕРЫ. Чего это она спикнула? Какой еще бене… официант?

СЕРЖ. Не «официант»,  а «официар»! (Набирает на смартфоне в «поиске» незнакомое слово. Читает.) «Бенефициар – получатель  выгоды, прибыли, доходов…» Это о ком она?.. Кажись, мы додики! Или баклажаны…

 

ПАРК. ОЗЕРО – ДЕНЬ.

Зеркальная гладь озера, густые ивы, склонившиеся к воде…

ГОЛОС ЖАННЫ. «Не оттого ль меня так к озеру влечёт,

                                Что отражается в струях его порою

                                Вся глубина небес нетленною красою…»

Ребята со своей учительницей плывут по озеру на трех лодках.

Последними на отдельной лодке плывут Суперы со своим, уже знакомым нам, псом. А впереди всех на велокатамаране Тужилин и Березина. 

ЖАННА (продолжает).  «И звёзд полуночных лучистый хоровод,

                                          И утро ясное румяною зарёю,

                                          И светлых облаков воздушная семья…

                                          Не оттого ль, что здесь, хоть и пленен землёю,

                                          К далеким небесам как будто ближе я?…»

Жанна поднимает глаза к небу, ребята тоже смотрят на плывущие облака.

ЖАННА. Вот она, русская мечта великого князя Константина Романова: не отрываясь от земли, быть ближе к небесам.  Конец урока. Домашнее задание – написать  страничку на тему: «Тайна русского пейзажа».

АГЕЕВ. Вечно вы, Жанна Карповна, что-нибудь такое придумываете! Ну, какая тайна может быть вон в той коряге?

ЖАННА. А Некрасов, твой тезка, писал:

                   Нет безобразия в природе! И кочки,

                   И моховые болота,  и пни, —

                   Все хорошо под сиянием лунным,

                   Всюду родимую Русь узнаю…

Какое-то время стоит тишина, только слышно, как напряженно скрипят уключины. Сквозь белые клочья тумана  становится видна черная пасть грота.

КИРСАНОВА. Жанна Карповна, а у вас есть тайна. Только честно?

ЖАННА (печально). Если честно – то есть.

ИЛЬИЧЕВА. Какая?

ВОРОБЬЕВ (Ильичевой). Ты соображаешь, что говоришь?

ИЛЬИЧЕВА. Ну, интересно же!

МОХОВ. Интересно, пока тайна остается тайной. Вот мы узнали, что это чудовище сделал брат директора, и сразу стало неинтересно.

АГЕЕВ (возбужденно). Да ничего он не сделал, кроссовку-то кто сожрал?

КИРСАНОВА. Никто не сожрал! Ты бредишь! (Ногой поддевает ногу Агеева, обутую в кроссовку.) Что это, Колянчик?

Все некоторое время оторопело созерцают кроссовку Агеева…

СЕРЖ (философски).  А почему не может существовать и то, и другое сразу: и живое чудовище, и робот Змей Горыныч?

ЖАННА. Один ест кроссовки, другой их любезно возвращает?  Ребята, есть только аттракцион! И есть Вселенная! И Агеев, помню, призывал нас не путать Божий дар с яичницей.

Лодка Суперов, плывущая последней, разворачивается, слегка коснувшись поверхности огромного черного валуна, лежащего под водой на дне озера. Неожиданно для всех пёс Сержа вскакивает и начинает яростно лаять — то ли на темную воду озера, то ли на белые облака над ним.

И только, когда лодка проплывает дальше и рябь от нее успокаивается, сквозь толщу воды – только нашей камере, но никому больше — становится видно, что на дне озера лежит вовсе не валун, а огромное чудовище, похожее на спрута, с семью головами, шевелящимися вокруг туловища, как огромные водоросли. Понятное дело, что теперь очертания его воспроизводят изображение обложки уже третьего тома незабвенных «Мурашек».

Между тем, с Сашей Тужилиным и Люкой Березиной, плывущими на катамаране, происходит нечто странное. Они слегка оторвались от своих и вплыли в клочок тумана, такого, что едва видят друг друга.

ЛЮКА. Саша, а вдруг это чудовище действительно настоящее и сейчас выскочит из озера?

ТУЖИЛИН. И что?

ЛЮКА. И проглотит нас?

ТУЖИЛИН. И что?

ЛЮКА. И мы умрем…

ТУЖИЛИН. И что?

ЛЮКА. А мне не страшно. Знаешь, почему?

ТУЖИЛИН. Почему?

ЛЮКА. Потому что в моей жизни случилось все, о чем я мечтала.

ТУЖИЛИН. О чем же ты мечтала?

ЛЮКА. О том, как мы с тобой вдвоем плывем по озеру, и вот такое солнце, как сейчас. Посмотри…

Туман медленно рассеивается, и над ребятами в сияющем свете солнца раскинулась разноцветная радуга…

Раздается хор голосов:

— Березина!

— Тужилин!… Где вы?

…Наконец лодки и катамаран встретились.

ТУЖИЛИН (Жанне, проникновенно). Жанна Карповна, я не такой уж безнадежный случай! Я теперь знаю, что солнце, оно – странное.

ЖАННА (флегматично). Я бесконечно счастлива.

ТУЖИЛИН. Оно и видно! Что с вами? Вы такая загадочная, и чего-то нам не договариваете…

НЕСТЕРОВА (поясняет). Синдром неоконченного действия! С изобретателем не познакомились!

МОХОВ. Как он делает своих чудовищ, не видели!

АГЕЕВ. А, может, выращивает!

БЕРЕЗИНА. Прототипа злодея не нашли!

ИЛЬИЧЕВА. И вообще, всё непонятно!

По лицу Жанны видно, что последняя реплика выразила и ее состояние.

УЛИЦЫ ГОРОДА ЭНСКА — ВЕЧЕР. 

…Жанна, погруженная в свои глубокие размышления, уже подходит к своему дому и не слышит звука мотоцикла, подъезжающего к ней сзади.

МУЖЧИНА (с мотоцикла, остановившись). Девушка, вы не подскажете мне, где здесь у вас цветочный магазин?

Жанна поворачивается на голос. Видит человека на мотоцикле в ярко-красной куртке. Почти все лицо его закрыто спортивным защитным шлемом

МУЖЧИНА. Все перестроили, перерыли… Никак не могу найти! (Снимает с головы шлем.)

И о! – наваждение! – она видит знакомое лицо. Только волосы у него коротко подстрижены по-модному, гребешком.

ЖАННА. Слава? Здравствуйте! Я вас еле узнала – у вас новая прическа!

СЛАВА (ласково). А что – не нравится?… Здравствуйте, мы уже где-то встречались, да?

ЖАННА. Вы забыли меня?! Я – Жанна, работаю учительницей в школе, где директор, между прочим, ваш брат Вячеслав Сергеевич…

СЛАВА. Да вы что?! А он, негодяй, утаил, что у него работает такое сокровище! Как он вам? Правда, характер – полный отстой! Тиран! Диктатор! Первым родился, видите ли!

ЖАННА. Но мы, учителя, его любим и уважаем. И ученики… (Растерянно.)  Правда, он сказал, что вы опять уехали в Америку…

СЛАВА. Америка подождет – всегда надо искать компромисса. Вот мириться к нему еду, цветочки его жене надо купить. Наташке. Вы с ней знакомы?

ЖАННА. Нет, не удосужилась.

СЛАВА. Да что мы все о нем?! Давайте поговорим о нас. Так, когда и как мы познакомились? Подождите, я, кажется. что-то припоминаю… Значит, Жанна, Жанночка…

Какое-то время Жанна с изумлением смотрит на мужчину. Потом говорит слабым голосом.

ЖАННА. Магазин тут рядом, вон в тот переулок поверните… До свидания…

Она поворачивается и продолжает идти своей дорогой.

До нее доносится жалобное прощальное увещевание.

ГОЛОС СЛАВЫ. Жанночка, ну куда же вы? Так нечестно. Я ведь по-родственному… Мы же с вами почти родня!

Она слышит, как мотоцикл уезжает в сторону магазина. Жанна останавливается, какое-то время стоит в размышлении, вдруг резко поворачивается и идет вслед за исчезнувшим в переулке мотоциклом.

МАГАЗИН ЦВЕТОВ — ВЕЧЕР.  

Жанна сквозь витрину в ярко освещенном помещении видит Славу, тот стоит, развязно облокотившись на прилавок, где стоит кассовый аппарат. В магазине нет никого. Вот Слава видит колокольчик, поднимает его и звонит. Дверь служебного помещения в глубине зала открывается и выходит Полина. Она видит Славу, какое-то время молча смотрит на него, а потом вдруг медленно начинает съезжать по стене на пол.

Слава бросается ей на помощь. Он подхватывает ее и прижимает к себе. Но она, вдруг очнувшись, начинает бить кулачками в его грудь, выкрикивая при этом что-то злое. Он, успокаивая ее, прижимает ее к груди и горячо говорит ей что-то. Она отворачивается, он целует ей руки, продолжая свою пламенную речь.

Вдруг она, всхлипнув, утыкается головой ему в грудь.

Теперь они стоят молча, крепко обнявшись

Жанна смотрит на это всё, и вдруг она начинает понимать, что снова видит то ли свой сон, то ли немое кино.

Жанна резко отстраняется от витрины и быстро идет обратно…

КОМНАТА ЖАННЫ — ВЕЧЕР.

Она входит в свою комнату и, схватившись за голову, валится на диван. Потом достает из кармана смартфон и находит там снимок, который она пересняла в магазине, где молодой человек обнимает продавщицу цветов.

ЖАННА. Какой все-таки странный человек, этот Слава! Я его то нахожу, то снова теряю… (Рассматривая фотографию.) Получается это ОН здесь, а не директор. Он ее забыл… А эта Полина его помнила. (Встает и подходит к окну.) А сейчас вдруг он ее вспомнил! Люка Березина это предвидела… в третьем томе. Значит мои ребята потихонечку осваивают законы литературы… А скоро выйдет этот третий том, и мы, наверное, узнаем, что изобретатель и злодей — одно и то же лицо. Мой Слава! Человек, страдающий раздвоением личности. Как и автор книги. (Смотрит на свое отражение в мокром от дождя окне.) Ее вспомнил, а меня забыл! Это называется «странности любви»… Хорошая тема для сочинений. В одиннадцатом классе я ее обязательно дам на выпускных экзаменах… (Горько плачет.) Когда ЕГЭ совсем отменят…

ЖАННА (вытирает слезы, идет к дивану, ложится на него). Конечно, директор хорошо знал историю любви своего брата и всё описал… У них всё на продажу. (Какое-то время она лежит, закрыв глаза и обхватив голову руками. И вдруг громко зовет.) Тетя Варя, помогите, у меня что-то с головой!

В комнату входит тетя Варя. Прикладывает свою ладонь ко лбу девушки.

ТЕТЯ ВАРЯ. Господи, у тебя жар, кажется, вызываю врача!

ЖАННА. Подождите. Мне хочется открыть вам душу…

ТЕТЯ ВАРЯ. Открывай, милая, открывай! (Садится рядом на стул.)

ЖАННА. Представляете, он меня не узнал. Почему? Может, притворился, что не узнал? Он чудовище, бр-р-р!… Я боюсь его! Тетя Варя, а так может быть, что два брата — оба — страдают одной болезнью, раздвоением личности? Такое бывает?

ТЕТЯ ВАРЯ. Да всё бывает. И этим раздвоением мы все страдаем. Я, например, повариха – это днем, а по ночам спать не могу, со всеми президентами разговариваю, во мне точно другой человек – политолог. Ох, если бы мне дать волю… ну не мне, а ему, моему политологу, то я бы такое сказала этим сильным мира сего, так врезала бы им! Всех бы нокаутировала на их ток-шоу!

Тетя Варя достает из кармана мобильный и вызывает врача.

СОН ЖАННЫ. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО

Вот в цветочный магазин входят Те Самые Ноги, ноги злодея в лакированных ботинках, раздаются тяжелые звуки его шагов. Зловеще улыбаясь, он предлагает Полетт (у нее лицо Жанны) три тома «Мурашек по спине». Она с ужасом отстраняется от них. Злодей (у него лицо Славы) делает знак тростью, в магазин вваливаются двое типов в шляпах, хватают бедную девушку и вталкивают ее в новенький джип.

КОМНАТА ЖАННЫ — ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

…Жанна мечется в бреду. Рядом сидит доктор и стоит тетя Варя.

СОН ЖАННЫ. ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КАДРЫ В СТИЛЕ НЕМОГО КИНО (Продолжение сцены.)

Джип подкатывает к озеру — Тот Самый Жуткий Крик, и колыхнулись воды озера. Чудовище, принявшее человеческие очертания, появляется из воды. Связанную Жанну бросают ему на растерзание… Она пытается ускользнуть от его страшных рук-щупалец… Но он подхватывает ее на руки и тащит ее в свое логово…

УЛИЦА ОКОЛО ДОМА ЖАННЫ. САД — ДЕНЬ.

Ребята из класса Жанны в полном составе с цветами в руках стоят у калитки дома тети Вари. «Великая актриса» здесь вахтер и начальник.

ТЕТЯ ВАРЯ. Живая очередь, парами! По минуте! Жанна Карповна еще очень слаба.

К калитке подбегает Тужилин, видит около нее толпу одноклассников.

Отойдя чуть в сторону, чтобы не заметили, быстро перелезает через забор.

Жанна сидит в саду, в кресле, закутанная пледами и платками. У нее утомленный болезненный вид. Тужилин спрыгивает почти к ее ногам.

ТУЖИЛИН. Вставайте, графиня, вас ждут великие дела! По зомбоящику видел: прямой эфир! презентация 3-го тома «Мурашек»! В нашем Доме книги! Директор открывает свою тайну! Счет на минуты!

Жанна разом сбрасывает с себя все пледы, и они с Тужилиным бегут к калитке мимо ошарашенной тети Вари.

Очередь доказывает, что она живая, и бежит вслед.

ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ ДОМА КНИГИ — ДЕНЬ.

В зал под предводительством Жанны врывается весь ее дружный класс. Презентация в разгаре.

В зале аншлаг: журналисты телеканалов и поклонники Алекса Богана. Стол заставлен стопками новеньких «Мурашек по спине». Это уже третий том. Пророчество Жанны сбылось: на обложке изображено чудовище уже с семью головами, похожее на спрута. В стороне Полина и продавец книг распаковывают экземпляры для продажи. Черный кот лежит на столике рядом и тщательно обнюхивает купюры. На спинке стула висит красная куртка…

АЛЕКС БОГАН (его лица почти не видно). Город наполнился слухами, на презентацию приехали федеральные каналы, инвесторы стучатся в наши двери. (Встает и поднимает перед собой новый том «Мурашек по  спине». Треск фотоаппаратов и беспорядочная череда вспышек.) Презентация этого тома станет началом презентации всего нашего проекта… Национального парка!

Глаза Жанны расширяются от изумления: это не директор, а брат-близнец директора школы, который спрашивал у нее дорогу  к магазину (то есть Слава?!)

АЛЕКС БОГАН (тоже видит Жанну). О! Какие люди! Жанна, Жанночка! Пришли со своим классом? Милости просим!

Ребята, пораженные явлением двойника директора, смотрят на свою «Леди Агату» и высказывают ей свои новые версии.

ВОРОБЬЕВ. Но это же не директор! Это, наверное, его близнец, Ярослав!

ТУЖИЛИН. Моя версия победила, изобретатель и писатель – одно и то же лицо!

АЛЕКС БОГАН. После этой презентации книги, мы приглашаем всех присутствующих на презентацию всего нашего проекта: он еще не готов, но, надеюсь, вам будет интересно с ним познакомиться. (Садится.) А теперь я готов ответить на все ваши, самые каверзные, вопросы.

ЖАННА.  Так это вы – «два в одном флаконе»? И писатель «Мурашек», и изобретатель чудовищ? А мы-то грешили на вашего брата…

АЛЕКС БОГАН. Простите, не понял!

ЖАННА. Хорошо, давайте по порядку… Мы с ребятами изучили ваш роман и пришли к выводу, что в нем присутствует много автобиографичного…

АЛЕКС БОГАН. Да, это так. Я детство и юность провел в этом городе, чудесном городе Городе, полном чудес…

Его рассказ прервает смех присутсвующих — это Котофей на столе рядм вдруг деловито зашуршал страницами книги.

АЛЕКС БОГАН (продолжает). Даже этот черный кот всегда жил здесь. Но тогда он был котенком. Знаете, из-за чего я стал писателем? Прочитал у Грина в «Алых парусах»: «Счастье сидело в ней пушистым котенком», поднял голову и увидел ее, свою Ассоль, первую любовь. И понял, что писатели могут делать невидимое видимым… Но мы с вами живем в странном мире, в котором можем забывать даже незабываемое.

Он бросает быстрый взгляд в сторону Полины.

Та смущенно опускает голову. Жанна замечает это.

АЛЕКС БОГАН (продолжает). И это озеро, и этот вой стартовавших рядом ракет – всё здесь (дотрагивается до своей книги) отсюда. Мы, дети, всё ждали, когда там появится что-то вроде лохнесского чудовища, тогда много писали о нем… И, спустя годы, мы с братом придумали создать в парке на нашем озере диснейленд русских сказок, и так загорелись, что все бросили, все забыли, даже съездили в Америку, чтобы набраться опыта. Придумали всю эту интригу… Воплощать ее под грифом «секретно» помогал нам наш давний друг Петр Семенович со своим Котофеем… (Продавец книг слегка наклоняет голову в сторону публики.) И все деньги, гонорары, кредиты мы отдали за аренду озера и на создание его сказочных обитателей. Сегодня вы все кое-что из этого уже сможете увидеть…

Читальный зал одобрительно гудит.

ЖАННА. Непонятно: то вы с братом ссоритесь, и он против ваших чудовищ, то вместе работаете над коммерческим проектом, как это совместить?

АЛЕКС БОГАН. Уточняю. Просто у нас есть еще один брат – он тоже наш близнец. Мы ведь не двойняшки, а тройняшки… Есть такое явление. Чаще, чем вы думаете.

Зал опять разражается разноголосицей удивления.

Больше всех потрясена Жанна.

АЛЕКС БОГАН. Так вот, я работаю над проектом с этим, третьим братом, Ярославом. Мы, все трое, учились в одном институте, авиационном, но только Вячеслав занялся самолетостроением, а Ярослав  стал  конструктором аттракционов. На мой взгляд – гениальным! Я — писателем. Так бывает. И теперь он делает по моим книгам эти удивительные существа, которые предстают, как живые…

ЖАННА. Так значит вы не Ярослав?! И вас три близнеца?! А где он – третий? И почему вы все откликаетесь на одно имя «Слава»?

АЛЕКС БОГАН. Очень просто. Когда наши родители увидели трех одинаковых малышей, им захотелось объединить их чем-то еще. Вот они и назвали нас старинными русскими именами: Вячеслав, Мирослав и Ярослав. Это полные имена, но они как-то не учли, что для посторонних уменьшительное от наших имен будет одно – Слава. И по жизни все нас так и называют… Мое полное имя Мирослав, для близких я – Мирошка, для остальных – Слава. На обложке мой псевдоним – Алекс Боган.

ЖАННА. А где он ваш третий… Слава? Который конструктор?

АЛЕКС БОГАН. Ярослав трудится в своем ангаре. Можно сказать, день и ночь. Там и спит.  К сегодняшнему дню надо было подготовиться. Но я вас сегодня же и познакомлю с ним… Может, даже не стоит с этим тянуть? Приглашаю всех —  автобус ждет.

Он встает из-за стола – его сразу окружает толпа журналистов… Подбегают и ребята Жанны, девочки вручают Мирославу цветы, приготовленные для больной Жанны.

ЗАГОРОДНЕЕ ШОССЕ. ДЖИП МИРОСЛАВА — ВЕЧЕР.

Мирослав сидит за рулем, рядом Жанна. На заднем сиденье –  Полина с охапкой цветов на коленях. Она с интересом прислушивается к их разговору.

МИРОСЛАВ. Хорошо, что мы отбились от этих журналюг! Они приедут, попозже… А с чего это вы решили, что автор моих «Мурашек» — ваш директор?

ЖАННА. У нас было прямое доказательство: в сарае Вячеслава Сергеевича мы нашли  рукописи «Мурашек».

МИРОСЛАВ. Ну, вы сыщики! А хотите узнать, откуда  у него эта макулатура на самом деле?

ЖАННА. Это вы дали ему на хранение?

МИРОСЛАВ. Да мне бы в голову не пришло подкладывать ему такую свинью! Просто он живет в нашем родовом доме, а я начал писать уже лет с пятнадцати. Но когда он женился, дом достался ему, ну, а мои бумаги там, в сарае, так и остались.  

ПОЛИНА (Жанне). А мне кажется, вы совсем не поняли книг Мирослава! Это же гротеск. Для меня он – современный Гоголь!

ЖАННА. На самом деле мне многое там нравилось… (Мирославу.) И Вячеслав Сергеевич ценит ваши книги, если он даже ваши черновики хранит. (После паузы.) Значит, это вы, а не Ярослав, были «человеком в капюшоне»? Ребята и я посчитали этого человека на мотоцикле прототипом злодея в «Мурашках»!

МИРОСЛАВ (почти серьезно). Так и есть. Я ездил на мотоцикле Ярослава и я прототип главного злодея. Все злодеи придуманы злодеями. Только настоящий злодей мог придумать и заварить эту кашу. По ночам я развешивал эту устрашающую рекламу, предложил Петру Семеновичу установить этот буккроссинг на бульваре, и он подсовывал там нашу книгу как букинистическую, этих молочных записок я написал десятки, и только вы клюнули. Проект наш очень дорогой и нам нужна была мощная реклама. В общем, вся грязная работа — дело моих рук. Да, и вообще, признаюсь, про зло писать и легче, и прибыльней.

ЖАННА. Так, с вами все ясно. А Ярослав?

МИРОСЛАВ. А ваш Ярослав занимался только техникой, он чист, как невылупившаяся горошина.

ЖАННА. Но почему он не рассказал мне все, как есть, я бы ему стала помогать.

МИРОСЛАВ. Коммерческая тайна: поклялись никому ни слова!… Приехали!

Мирослав выходит из машины, открывает ворота заброшенного бомбоубежища.

МИРОСЛАВ (Полине). Встречай журналистов! Я быстро. Провожу только нашу, можно сказать, спасительницу.

БЫВШЕЕ БОМБОУБЕЖИЩЕ, ПЕРЕХОДЯЩЕЕ В ПЕЩЕРУ — ВЕЧЕР.

Мирослав включает мощный фонарик. Он дает возможность Жанне осмотреться в пещере, полной загадочных сталактитов.

ЖАННА. Потрясающе!

МИРОСЛАВ. Это была тайна нашего детства. Мы поклялись никому о ней не говорить.

Некоторое время они с Жанной идут молча.

МИРОСЛАВ. Здесь и родилась наша мечта: создать самим свое сказочное царство.

ЖАННА. Так вы все-таки помирились с Вячеславом Сергеевичем?

МИРОСЛАВ. Помните, мы встретились с вами в городе? Я ехал к нему. Ярослав послал меня договариваться с нашим грозным братом. Вот тогда мы и помирились. Пошли на компромисс. Я предложил ему расширить наш проект, чтобы наш диснейленд стал началом национального исторического парка…

ЖАННА. Как это?

МИРОСЛАВ. Ну, чтобы этот парк стал путешествием по истории нашего города, начиная от мечты первых жителей о ковре-самолете и кончая запуском ракеты на Марс. Вячеслав сказал, что эта идея «душеспасительная», и обещал пробивать проект как необходимый для воспитания подрастающего поколения. Тем более, у него есть щедрые спонсоры. Они ему «Харлея» подарили. И нам помогут.

ЖАННА. Здорово!

МИРОСЛАВ. И знаете, что в этой истории самое забавное?… Что, именно вы и ваши ребята помирили нас со старшим братом и теперь все вместе мы создаем этот национальный парк! Так что это будет вашим вкладом в развитии современной литературы и популяризации отечественной истории.

ЖАННА. Не преувеличивайте! Лучше скажите, кто мне подложил кроссовку?

МИРОСЛАВ.  Какую кроссовку? Ничего не знаю про кроссовку…

АНГАР ЯРОСЛАВА — ВЕЧЕР.

Мирослав открывает перед Жанной тяжелую дверь огромного ангара и оставляет ее одну.

Ангар представляет из себя пещеру, преобразованную в большой цех. Жанна идет по широкому темному проходу, с двух сторон которого на нее глядят герои русских сказок: три богатыря, царевна-лягушка, Баба-Яга, Змей-Горыныч…

Наконец она выходит к освещенной площадке, в центре которой сидит Русалочка с лицом Жанны.

Недалеко от нее стоит Ярослав у пульта и что-то регулирует в движениях русалки. Вот она садится на камень, вот поднимает руку и начинает расчесывать свои длинные волосы… Ярослав оборачивается в сторону своего изобретения – и видит Жанну. Какое-то время он не понимает, что видит ее наяву.

ЖАННА. Я все-таки нашла тебя…

Он встает, подходит к ней и обнимает ее.

ЯРОСЛАВ. Это я нашел тебя!… Я не мог до тебя дозвониться, но я знал, что ты придешь на эту презентацию, и все узнаешь… (Смотрит на Русалочку.) Мне надо было успеть…

ЖАННА, И все-таки скажи, почему ты сразу не предупредил, что у тебя есть два брата?

ЯРОСЛАВ. А как ты себе это представляешь? Мы только познакомились, и я тебе вдруг сообщаю, что у меня есть два клона; «Смотри, не влюбись в кого-нибудь по ошибке!» А я-то чувствую себя единственным в своем роде. И потом — даже в страшном сне я не мог представить, что Вячеслав вернется в наш город и вдруг станет директором школы.

ЖАННА. Для меня — ты единственный!

Мирослав и Полина вводит в ангар толпу журналистов с камерами. Среди них и ребята из класса Жанны.

ЖАННА (поворачивается к ним).  Знакомься — это мои ребята. (Они подходят ближе к своей учительнице. Она смотрит на застывшего  динозавра, недавно так пугавшего ребят. Улыбается.) А директор сказал, что теперь это «территория, свободная от чудовищ»… (Поворачивается к Ярославу.) Кстати, а как впишутся в замысел национального парка эти ваши чудовища?

ЯРОСЛАВ. Они обобщенный образ всего страшного и опасного в жизни нашего народа. Но народная мудрость гласит: у страха глаза велики. Мы все одолеем, просто не надо бояться. Не надо ничего бояться – мы победим!

ЭПИЛОГ НА ФОНЕ КОНЕЧНЫХ ТИТРОВ

ПАРК. ОЗЕРО. ЛЕТО — ДЕНЬ.

Исторический парк в полной боевой готовности. У кассы полно народу, в том числе ребята  во главе с Жанной.

У ленточки толпятся городские власти, завуч Алевтина Николаевна и все три брата: Вячеслав, Ярослав и Мирослав. Все трое в праздничных рубахах: Вячеслав в косоворотке, Ярослав в вышиванке, Мирослав в белорусской сорочке. В руках Вячеслава Сергеевича ножницы – он должен открыть исторический парк. Рядом вертятся его двое детей. Теперь становится видно, что они близнецы, их опекает жена Наташа.

Полина по случаю праздника раздает всем цветы.

ДЯДЯ ВАСЯ (у входа в парк). Билеты продаются только тем, кто прочитает наизусть что-то из классики!

Продавец книг из багажника своего автомобиля начинает раздавать сборники стихов тем, кто не знает наизусть ничего, и готов сейчас выучить ради билета хоть что-то.

И теперь очередь, и дети, и взрослые, на все лады зубрят вслух стихи. Кто-то учит наизусть что-то выбранное из розданных книг, другие, разыскав в своем смартфоне некогда любимые строки, обновляют свою память. Разноголосица поэтических строк…

Жанна раздает ребятам зеленые куртки волонтеров. И они начинают разносить посетителям пирожки и стаканчики с чаем, которыми снабжает их тетя Варя.

ЖАННА (берет у нее пирожок). Теть Варя, помните, вы говорили, что не знаете, кому доверять? Я поняла, что главный вопрос в другом: кто нам доверяет? Мы ведь живы, пирожки едим, значит, кто-то доверил нам – нашу жизнь, нашу страну, детей. И мы за них отвечаем перед тем, кто их нам доверил…

И начинается флеш-моб. Стихия народного праздника захватывает всех посетителей парка, все поют и танцуют.

Директор разрезает ленточку, раздаются крики «ура» …

И озеро наполняется невероятными сказочными и легендарными персонажами, делающими одно наше общее историческое дело – прибавление красоты в мире…

На фоне заключительных кадров появляется титр:

ДОРОГИЕ РЕБЯТА, ПАПЫ И МАМЫ, ДЕДУШКИ И БАБУШКИ, УЧИТЕ НАИЗУСТЬ СТИХИ НАШЕЙ ВЕЛИКОЙ  ПОЭЗИИ!

УВИДИТЕ: ЖИЗНЬ СТАНЕТ ДРУГОЙ!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *